Келе

Хотелось вздохнуть тяжело и безнадежно. Когда женщина глупа — это скучно, когда умна — невыносимо. Но когда она еще и притворяется тупой, как пробка, — вообще повеситься хочется.

Песец подкрался незаметно и острыми зубами вцепился точнехонько в зад. Скорее всего, меня сейчас будут бить. Больно.

Истерика — она как лавина, пока не дойдет до конца, ничем не остановишь.

— Халдрид, я могу его убить? — поинтересовался принц у Карающего, кивнув на Суслика. — Жизнь за жизнь и все такое? — Это талион. Кровная месть. Я не могу разрешить, — покачал головой северянин. — Тем более что и так ты изначально был мертв. Прости, парень, тебе придется тешить себя тем, что ты едва не довел его до инфаркта. Эльф вздохнул не без раздражения: — Между прочим, это было довольно больно. И убийство он все-таки замышлял. — Нет! — рявкнул Карающий. Эльдан смиренно кивнул, и тут же переключил внимание на другого. — А его? — махнул он рукой в сторону ректора. — Нет! — возмутился уже Муарр. На лице принца отразилась обида на старших магов. Кажется, он был возмущен. — Ну хоть понадкусывать? Присутствующие онемели. Халдрид сумел открыть рот первым: — А это еще зачем? — Как приличная нежить я должен если и не сожрать, так точно понадкусывать, — с самой серьезной миной пояснил общественности Эльдан.

— Нет, вот скажи по правде, тебе действительно нравится вся эта возня с трупами, а? — в тысячный, наверное, раз со дня знакомства спросил меня Рем. — Угу, — покладисто согласился я. — Но это же неэстетично! — Угу. — Они воняют! — Угу. — И тебе все равно это нравится? — Еще как! — весьма убедительно соврал я. — Ты ненормальный! — вынесли вердикт одногруппники. — Совершенно точно, — легко согласился я.

Я уже давно усвоил: стоит затеять громкий полноценный скандал, как все сразу забывают, с чего же все началось.

Пока живешь рядом с родителями, всегда болезненно реагируешь на любую попытку опеки, считая это посягательством на твою свободу, но стоит оказаться вдали от этой самой опеки, сразу хочется выть.