Лас

— Ребята, а можно вопрос? — произнес я. — Ну? — оживился Лас. — Если ты точно знаешь, что победить невозможно, но если не сражаться — кто-то погибнет... Что ты сделаешь? — Если невозможно, то зачем гибнуть мне? — спросил Лас. — Если надо сражаться, то не важно, победишь ли ты, — ответил Алишер.

— Скажи, ты кто? — Иной. — Какой такой иной? — Маг. Не волнуйся — Светлый маг. — Ты возмужал, Гарри Поттер...

Политики часто готовы не считать потери, которые несёт их народ. Даже если эти потери катастрофичны для нации.

— ... Третий шаг — выходишь из купели и обегаешь вокруг церкви трижды, строго противосолонь... — Голым? — ужаснулся Лас. — Без штанов? — Конечно. Аки Адам ветхозаветный, безгрешный до вкушения плодов с древа познания! Фраза родилась спонтанно, но звучала очень убедительно.

— Девяносто четыре процента! — радостно сообщил он мне. Я вопросительно поднял бровь — ну, во всяком случае, попытался изобразить именно это. — Меня давно занимал вопрос, сколько людей ковыряют пальцем в носу, когда уверены, что их никто не видит. Так вот, я опросил ровно сто человек — из них девяносто четыре сознались!

Мы что, на Байконуре? — ничуть не испугавшись, спросил Лас. — Вот это я понимаю, вот это замечательно! А обязательно было телепортироваться через канализацию?

— Святое дело, — одобрил Лас. — Нельзя ребенка обделять вниманием. Хотя если мать с ней — это главное. Я посмотрел на Ласа. — Мать всё-таки главное для ребёнка, — с видом Выготского, Пиаже или иного мэтра детской психологии сказал Лас. — Биологически так обусловлено. Мы, самцы, всё-таки в первую очередь заботимся о самке. А самки — о детёныше.