Леонид Кораблёв

— Как дела, Лёнь? — На пенсию хочу. Вот разберёмся с Масловским, и на пенсию. Заведу себе домработницу, чтоб она мне каналы в телевизоре переключала. — Лёнь, ты знаешь, на твою пенсию не то что телевизор, пульт от него не купишь.

Если уж беспокоить уважаемого человека, так надо ему сказать что-нибудь интересное, чтобы он по ночам не спал.

— Я вас очень прошу, — встаньте со стола. Дома у себя вы так не сидите. — А у меня, между прочим, дома стола нет. У меня койка и сейф для пистолета. — Так вы не женаты? — Нам с котом ещё баб только не хватало.

Высший пилотаж не в том, чтобы за преступником гоняться, а чтобы он сам к тебе приходил.

Пойдём, я тебя домой отвезу, пока в этом городе высокой культуры никто никого не грохнул.

— Пойду среди начальства потусуюсь, для карьеры полезно. — Для карьеры полезно работать. — Ну это, знаешь, опасное заблуждение.

— Думаешь, я «умру» от твоей шутки? — Нет, вы — живучая. Ведь самое страшное, не то, что мы когда-нибудь умрём, а то, что вот всех нас помочат, а вы всё-таки приедете и будете писать протокол... Брр! Прям мороз по коже!

Есть вещи, сынок, которые лучше не знать, чтобы случайно под пытками не выдать.

— А кто кота твоего покормит, а? — Он у меня как верблюд — день жрёт, неделю на подкожном жиру.