Майкл Уотерс

Почему взрослые всегда так негативно относятся к поведению своих детей, если оно не соответствует их представлению о нормальности? Что, в сущности, являет собой нормальность? Что для хищника норма, то для жертвы хаос, – думал порой Майкл, лёжа в своей постели, когда на него находили минуты размышлений.

Почему взрослые отмахиваются от чувства интуиции? Почему все свои ощущения списывают на глупости? Разве не глупее жить в неверии во что-то мистическое? А именно к мистике относит подобные чувства подавляющее большинство людей. «Ты что, экстрасенс?» – со смехом они заявляют тому, кто говорит о подобных ощущениях.

Он боялся, что сон служил предупреждением об опасности. Но Майкл пока не понимал, в чём и где именно грозит эта опасность. Возможно, что его родители были в беде. Какие безумные мысли. Если бы кто-то сумел подслушать мысли Майкла, то наверняка бы посчитал его сумасшедшим. Психологи кричали бы в голос, что это следствие переживаний смерти родителей, что так его подсознание справляется с болью и поэтому выдумывает во снах, что родители по-прежнему живы. Да, наверное, так бы и сказали все окружающие Майкла люди.

Майкл смотрел на хулиганов, а хулиганы смотрели на него, но ни один из них не решался шагнуть мальчику навстречу. Более того, когда Миранда обратилась к ним, то все трое кинулись наутёк. Первым, несмотря на свои габариты и вес, бежал Кевин. – Что это с ними? – рассмеялась девочка. – Это называется «сделать ноги», – пояснил знакомый голос за спинами детей.

Люди слишком часто смотрят на вещи прямо, не понимая их глубины.

Майкл читал некролог не для того, чтобы узнать больше о смерти родителей, но для того, чтобы понять, кто будет о них скорбеть так же сильно, как и он сам.

Ему всё больше казалось, что все эти соболезнования не более чем обычное притворство. Люди вообще любят носить разные маски, прячась за ними от самих себя, и ничего кроме лжи в них не видишь. Как может такой человек говорить искренне, если он прячется за маской?

Мальчик лежал под одеялом в уютной, тёплой постели и думал, как прекрасно ночное звёздное небо волшебного мира. Ещё вчера он находился в скучном, унылом мире людей, где все гоняются лишь за выгодой и личными желаниями, но сегодня он находился в особенном месте. Майкл знал, что никогда не забудет эту ночь.

– Ты уже готов пойти в школу? Майкл закатил глаза, запрокинув голову назад. – Неужели мне, после всех приключений, придётся снова идти в обычную человеческую школу? Я же все-таки герой, спасший целый волшебный мир. – Я разрешу тебе взять парочку отгулов, но не более, – сказала Элоиза. – Ты и так пропустил изрядное количество тем.

– У меня же ещё завтра целый день впереди, – протестующе сказал он. – Я успею всё сделать. – Неприятные дела лучше делать сразу, – уголки губ Виктории тронула лёгкая улыбка.

– Я думаю, что это слуги Зла, – медленно произнёс Майкл. – Спасибо, парень, но я уже и сам догадался, что от этих ребят не стоит ожидать помощи, – отозвался Фиц Моран.

Майкл был даже рад тому, что останется сегодня один. Ему необходимо было многое обдумать, а это лучше всего делать, когда рядом никого нет.

– Простите меня… – к изумлению своих спутников пробормотал Майкл. – Это всё из-за меня. – Не дури, парень, – отозвался Фиц Моран. – Твоей вины в этом нет. Во всяком случае, ты виноват не больше, чем мы с Миндель. Зло всегда использует слабые места своего противника, заставляя его думать, что это он сам виноват во всём. На месте Миранды и Асаны мог быть кто угодно. Лучшее что мы сейчас можем сделать, так это продолжить нашу миссию и найти магический меч, чтобы ты смог проучить Зло. Поэтому соберись с силами и надейся на успех. Некогда нам поддаваться слабостям.

– Мне и здесь хорошо, – отозвался Майкл, перебирая в пальцах рук овсяное печенье. – Это дом мамы и папы, я не хочу уезжать и забывать их. – Ох, малыш, – на глаза Элоизы навернулись слёзы. – Ты их не забудешь, даже если переедешь далеко-далеко. Они всегда будут в твоём сердце, но иногда нам необходимо делать этот шаг, чтобы продолжить жить дальше.

Происходящее было настолько необычным, что просто не укладывалось в сознании, поглощённом социумом, которое отрицает всё магическое.

– Просто об этом доме ходят жуткие легенды, – сказала она. – Ты уверен, что это тема подойдёт для детей? – Брось, ты же знаешь, как все дети обожают страшилки, – заверил её Майкл.