Мардоний

Мне плохо даются тридцатиметровые прыжки.

То, что мы считаем, и то, что есть на самом деле, разные вещи.

Никто не в силах помочь тому, кто не хочет помочь себе сам.

Жизнь как почтовый дилижанс. Люди садятся в него, некоторое время едут вместе, привыкают друг к другу. А затем рано или поздно каждый выходит на своей станции. Дверь дилижанса хлопает, и он уезжает. А разлучившиеся никогда больше не встречаются. Во всяком случае, в этом дилижансе. Но кто сказал нам, что этот дилижанс последний? Возможно, где-то там, за горизонтом этого мира будет ещё один.