Марсель Жерар

— Раз он заботился о тебе в детстве, почему ты его ненавидишь? Что он с тобой сделал? — Твой папа воспитал меня. Он сделал меня мной. Спрашиваешь ненавижу ли я его. Знаешь, тяжело ненавидеть того, кто сделал тебя тобой. Ты лишь будешь ненавидеть себя. Правда в том, что я хотел бы ненавидеть его. Очень хотел бы, так бы было гораздо проще. Но, нельзя ненавидеть того, кого ты любишь так долго.

Это парадокс Майклсонов. Вы хотите любить и убивать друг друга в одно и то же время.

Добраться до Винсента вы сможете только через мой труп. И если вы не в курсе, меня не убить.

И насчёт королей. В конце концов, они все падут.

– Ты так похож на меня. Упрямый, полный гнева. – Я не такой, как ты. – Ошибаешься.

Отличный вид. Красивый закат. Зачем портить его разговорами? Всё равно теперь это лишь шум.

Ты только начала осознавать то, что я знал еще более 200 лет назад — что если ты не Майклсон, то ты пушечное мясо.

Я успел понять кое-что о вашей семье, Элайджа. Стоит начать бой с одним – начинается бой со всеми.

Враг моего врага — мой друг.

— Мне семь, но я не тупая. — Верно. А ещё ты довольно храбрая.

Ты хочешь всё это? Отлично. Оно твоё. Ты можешь вернуть меня на улицу — мне всё равно. Но давай кое-что проясним. Ты никогда не получишь одного. Преданности. Её не купить. Ею нельзя владеть. Её не добьешься силой. Преданность приходит с любовью и уважением людей, которые верят в тебя. Ты многому меня научил, Никлаус Майклсон, но этому я научился сам. И это то, чего ты не когда не узнаешь. Наслаждайся своим царством.

Никогда не говори никогда, потому что никогда — это не так уж и долго.

Ты не подвёл меня. Ты вырастил меня. Ты научил меня всему, что я знаю. Ты научил меня, что я не могу позволить себе быть слабым. Не тогда, когда мои враги сильнее. Так что, если придёшь с волками, знай, что я собираюсь бороться ради моих парней. Я буду бороться за свой город. Я буду бороться, пока не умру.

— Ты когда-нибудь слышал фразу: «Непросто быть королём и носить корону»? — Э-э «Властилин колец»? — Нет. Шекспир. Когда я был ребёнком, Клаус научил меня читать по пьесам, исключительно только про королей, которые получили мир, но потеряли душу. Но сейчас я это понимаю. Видишь ли, когда это всё сказано и сделано, посмотри вокруг, ты построил империю. Единственное, что имеет значение — кому вы можете доверять.

Я не ненавидел его. Просто не очень любил.

— Я несколько десятилетий потратил, чтобы исправить то, что сделал твой отец. Что я сделал не так? — Может быть шрамы оказались слишком глубоки.