Миа

- Нажать на клавишу клавиатуры и смотреть, как будущее стирается, подобно страницам рукописи… – пробормотала Миа.

Что толку играть на сцене, писать книги, рисовать, ваять — словом, ввязываться во всё это, если не приносишь другим радость?

Я злилась на весь мир. Причину этой злости я знала. Я ненавидела всех своих врачей за их бесполезность. Я была чем-то вроде маленького комка саморазрушающей злости, и никто из них не мог ничего сделать, кроме как сообщить мне это.

Отпустить. Все говорят об этом, как о самой простой вещи. Разогни свои пальцы один за другим, пока твоя ладонь не будет открыта. Но моя рука сжималась в кулак в течение последних трех лет, теперь она намертво закрыта. Я весь намертво закрыт. И собираюсь закрыться полностью.

И это не то, что я имела в виду. Я просто чувствую себя… уязвимой. Просто… я не знаю, мир кажется таким огромным, когда ты находишься посреди открытой местности. Словно в нем нет для тебя места, если у тебя нет дома.

Если думаете, что удел слабых — убегать, сами в этой жизни ничего не понимаете.

И первым делом — самым первым! — он нагнулся и поцеловал меня в щеку. Я попыталась отскочить с криком: — Нет-нет, я болею! Но Майкл рассмеялся и сказал: — Люблю твои бактерии.