Миссис Оллонби

Семья распадается гораздо чаще от здравомыслия мужа, чем от чего-нибудь другого. Как может женщина быть счастливой с человеком, который упорно желает видеть в ней вполне разумное существо?

— Ах, мир был создан для мужчин, а не для женщин! — Не скажите, леди Статфилд. Нам живется гораздо веселее. Для нас существует гораздо больше запретного, чем для них.

Мужчина, бедненький, неловкий, основательный и надежный мужчина принадлежит к тому полу, который уже целые миллионы лет был разумен. Он ничего с собой поделать не может. Это у него в крови. А история женщины совершенно иная. Мы всегда были живописным протестом против самого существования здравого смысла. Мы заметили его опасность с самого начала.

— Какое облегчение избавиться от мужчин хоть ненадолго! — Да, мужчины нас так преследуют, правда? — Преследуют? Хотелось бы мне, чтоб они нас преследовали. — Дорогая моя! — Досадно, что эти негодные могут быть совершенно счастливы и без нас. Вот почему, мне кажется, долг каждой женщины не оставлять их ни на минуту...

— А вы знаете, что такое хорошая репутация? — Это одна из многих неприятностей, которых мне не пришлось испытать.

Идеальный мужчина должен говорить с нами как с богинями, а обращаться с нами – как с детьми. Он должен отказывать нам во всех серьезных просьбах и потакать всем нашим капризам. Потворствовать всем нашим прихотям и запрещать нам иметь призвание. Он должен всегда говорить не то, что думает, и думать не то, что говорит… Он не должен пренебрегать другими хорошенькими женщинами. Это доказало бы, что у него нет вкуса, или вызвало бы подозрение, что вкуса у него слишком много. Нет, он должен быть мил со всеми женщинами, но говорить, что они почему-то его не привлекают.

— Книга Жизни начинается с мужчины и женщины в саду. — А кончается Откровением.

Секрет жизни в том, чтобы не поддаваться чувству, когда оно неуместно.

Жизнь, леди Статфилд, есть просто «un mauvaise quart d`heure»*, составленное из мгновений счастья.

Мы, женщины, обожаем неудачников. Мы их опора.

Я думаю, бежать — это трусость. Это значит избегать опасности. А опасности так редко встречаются в нашей жизни.

Я обожаю мужчин за семьдесят. Они всегда предлагают женщинам любовь до гроба.

— Как вы думаете, что она сделает, если я ее поцелую? — Заставит вас жениться на ней или даст пощечину. А что бы вы сделали, если бы она ударила вас по щеке перчаткой? — Вероятно, влюбился бы в нее.

Мужчина всегда хочет быть первой любовью женщины. Такое у них нелепое тщеславие. Мы, женщины, более чутки в таких вещах. Нам хотелось бы стать последней любовью мужчины.

Не знаю, можно ли вообще говорить о нас как о чужой собственности. Все мужчины — собственность замужних женщин. Это единственно верное определение того, что такое собственность замужних женщин. Мы же не принадлежим никому.

— Любопытно, что некрасивые женщины всегда ревнуют своих мужей, а красивые — никогда. — Красивым женщинам некогда. Они всегда так заняты — ревнуют чужих мужей.