«— Такая же заколка, как у тебя! Только розовая! — Розовая? У нас в преисподней говорят «мясного цвета». — ... Пусть лучше будет «розовая».— Такая же заколка, как у тебя! Только розовая! — Розовая? У нас в преисподней говорят «мясного цвета». — ... Пусть лучше будет «розовая».
«Я пришел за твоей душой с ее жалкими загадками, рожденными твоим корчащимся жалким естеством.Я пришел за твоей душой с ее жалкими загадками, рожденными твоим корчащимся жалким естеством.
«Моё мнение о тебе возросло. Раньше я считал тебя чем-то около инфузории... Радуйся! Ты повышена до уровня мокрицы!Моё мнение о тебе возросло. Раньше я считал тебя чем-то около инфузории... Радуйся! Ты повышена до уровня мокрицы!
«Проиграл и поддался? Не смеши меня. Нет побед и поражений в еде. Это не вопрос о победе или проигрыше. Это — съесть или быть съеденным.Проиграл и поддался? Не смеши меня. Нет побед и поражений в еде. Это не вопрос о победе или проигрыше. Это — съесть или быть съеденным.
«Ха, хотели поесть качественную пищу, кто знает, какие еще добавки в пище? О ценности еды судят по ее вкусу. Хорош он или плох... Или по цене этого для них достаточно.Ха, хотели поесть качественную пищу, кто знает, какие еще добавки в пище? О ценности еды судят по ее вкусу. Хорош он или плох... Или по цене этого для них достаточно.
«Энергия злых помыслов обычно скрыта от любопытных глаз лабиринтом, как кожурой. Это и есть тайна.Энергия злых помыслов обычно скрыта от любопытных глаз лабиринтом, как кожурой. Это и есть тайна.
«Говорят, шутка не смешная, если в ней никто не помер.Говорят, шутка не смешная, если в ней никто не помер.