Олеся

Когда у тебя есть всё, ты начинаешь терять вкус к жизни. Тебя уже ничто не удивляет, и даже чему-либо порадоваться становится сложно. Ты понимаешь, что ночной клуб на Ибице мало чем отличается от ночного клуба в Гонконге. Пляж на Бали мало чем отличается от пляжа в Каннах. Дорогие сумочки, туфли, брендовые шмотки перестают радовать, а бездумным потребительством не заполнить зияющую внутри дыру. Как и не утопить в бокалах коктейлей из элитного алкоголя, потому что за туманом опьянения неизбежно следует головная боль и необходимость возвращаться в реальность к своим проблемам, сталкиваясь с внутренними демонами. И очнувшись, ты начинаешь понимать, насколько ты одинока.

Я и сам не подозревал, какими тонкими, крепкими, незримыми нитями было привязано моё сердце к этой очаровательной, непонятной для меня девушке.

Вы… чудовище… Во что вы меня… втравили?! Что вы молчите?!... Что вы смотрите сейчас на меня?!... Так… Единственное, что вы сейчас должны сделать… Это взять… и обрушить ваши чёртовы ракеты… прямо нам на голову! Будь они прокляты!… Все эти ваши… чёртовы ракеты…

Что такое сны? Кто-то верит, что сны предсказывают будущее. Но не я. Сны — это всего лишь обрывки наших впечатлений, переживаний и страхов, закопанных так глубоко, что ты не позволяешь им выбраться, когда бодрствуешь. Эти обрывки собраны в причудливые рисунки калейдоскопа. Но узоры в калейдоскопе яркие и красивые, а мои сны всегда мрачные и тягучие.

— Вы говорите как заговорщик, – заметила девушка и тихонько улыбнулась, – Мы знакомы всего полчаса, а вы уже… Сначала практически обманом вытаскиваете меня из отеля. Приводите в это кафе на набережной. А ещё вы – русский… Это заметно по вашему произношению. — Вы тоже русская, Олеся Михайловна, – невозмутимо ответил Сажин, перейдя на родной язык, – Это заметно по вашему бейджу.

Уговор лучше денег.

Ни у какого времени не получится отнять тебя у меня, а меня у тебя. Ты найдёшь меня, где бы я ни была. Найдёшь даже в кромешной темноте и снова отогреешь моё сердце.

Нет, нет, нельзя...нельзя... — зашептала она с суеверным страхом. — Судьбу нельзя два раза пытать... Не годится... Она узнает, подслушает... Судьба не любит, когда ее спрашивают. Оттого все ворожки несчастные.

Знакомо тебе состояние, когда разум молчит, потому что сердце его перебивает? Оно впервые так голосило! Как пожарная сирена.

Время и место не имеют никакого значения. Важны только люди, которые рядом с тобой.

Когда у тебя есть всё, то ты не замечаешь самых банальных вещей. Принимаешь как данность. А у кого-то даже этого нет.