Рауль де Шаньи

— Тогда он действительно любит вас? — Да, достаточно, чтобы не остановиться ни перед чем, даже перед убийством.

Вы, очевидно, любите его, и ваш страх, ваш ужас — все это любовь особого рода. Рода, которого вы не допускаете. Любовь, которая вызывает нервную дрожь, когда вы думаете о ней.

Эта мягкая, спокойная ночь полна стонов. Она, кажется, оплакивает нас!

Навесить на невиновного человека ярлык преступника проще, чем выяснить правду.

Сколь сильным ни был бы человек, это лишь вопрос времени, когда он сломается в подобных обстоятельствах.

Вокруг вас, Кристина, есть какая-то земная тайна, которой надо бояться больше, чем всех привидений и духов, вместе взятых.

— Разве когда любят, чувствуют себя несчастными? — Да, Кристина, когда любят и нет уверенности в том, что это взаимно.

Человеческое существо не может петь так, как вы пели в тот вечер, если не произошло какое-то чудо, если в это не вовлечены каким-то образом небеса.

Для преступников характерно считать себя Ангелами.