Степан Разин

Тебе — за рухлядь какую-нибудь не жалко жизнь отдать, а за волю — жалко, тебе кажется, за волю — это псу под хвост. Вот я и говорю — подневольный ты. По-другому ты думать не будешь, и зря я тут с тобой время трачу. А мне, еслив ты меня спросишь, всего на свете воля дороже. — Степан прямо посмотрел в глаза Фролу. — Веришь, нет: мне за людей совестно, что они измывательство над собой терпют. То жалко их, а то — прямо избил бы всех в кровь, дураков. Вот.

— Страшно, Степан, — сказала Алена. — Что же будет-то? — Воля. — Убивать, что ли, за волю эту проклятую? — Убивать. Без крови ее не дают. Не я так завел, нечего и всех упокойников на меня вешать. Много будет.