Степан Трофимович Верховенский

В наше время было не так, и мы не к тому стремились. Нет, нет, совсем не к тому. Я не узнаю ничего... Наше время настанет опять и опять направит на твердый путь все шатающееся, те…

— Фёдор Достоевский

Кто может знать в наше время, за что его могут арестовать?

— Фёдор Достоевский

— Не мы одни с вами умнее всех на свете, а есть и умнее нас. — И остроумно и метко. Есть умнее, значит есть и правее нас, стало быть, и мы можем ошибиться, не так ли?

— Фёдор Достоевский

О, простим, простим, прежде всего простим всем и всегда... Будем надеяться, что и нам простят. Да, потому что все и каждый один пред другим виноваты. Все виноваты!

— Фёдор Достоевский

…не возражайте мне и не обескураживайте, прошу вас, потому что нет ничего несноснее, когда человек несчастен, а ему тут-то и указывают сто друзей, как он сглупил.

— Фёдор Достоевский

У нас все от праздности, и доброе и хорошее. Все от нашей барской, милой, образованной, прихотливой праздности!

— Фёдор Достоевский

Вот были люди! Сумели же они любить свой народ, сумели же пострадать за него, сумели же пожертвовать для него всем и сумели же в тоже время не сходиться с ним, когда надо, не потв…

— Фёдор Достоевский

Почему это все эти отчаянные социалисты и коммунисты в то же время и такие неимоверные скряги, приобретатели, собственники, и даже так, что чем больше он социалист, чем дальше пош…

— Фёдор Достоевский

Если вы, по вашим словам, так долго прожили за границей, чуждаясь для своих целей людей, и — забыли Россию, то, конечно, вы на нас, коренных русаков, поневоле должны смотреть с уд…

— Фёдор Достоевский

— Социализм слишком великая мысль. — Мысль великая, но проповедующие не всегда велики.

— Фёдор Достоевский

Я объявляю, что Шекспир и Рафаэль — выше освобождения крестьян, выше народности, выше социализма, выше юного поколения, выше химии, выше почти всего человечества, ибо они уже плод…

— Фёдор Достоевский