Том Доббс (Tom Dobbs)

Легко найти старушку в стрингах из флага. И сразу становится ясно, где скрыта наша гордость.

Шут не правит королевством. Шут высмеивает короля.

— Мистер Доббс, из штаба Милза заявили, что вас арестовывали за курение марихуаны. — Да, арестовывали. Я затягивался, потому что подумал: «Какого черта! Сигарета зажжена. Что тянуть?». — Вы не отвергаете обвинения? — О, нет! Мне было двадцать пять. В те годы я катался на колесах как на роликах. — Это не повредит вашей кампании? — Нет, не думаю. Хотите историю моей жизни? В детстве любил разглядывать фотки голых тетек. Правая рука сильнее левой. Трогал себя чаще, чем меня трогал бейсбол. В семнадцать лет избил парня. В двадцать один год пошел к проститутке. Творил такие вещи, она денег не взяла. Пошел на свидание вслепую и бросил девушку в театре. От стыда на ней женился. Теперь развелся. Отношения у нас не лучшие. А еще я там пернул, если кого-то это интересует.

— Мистер Доббс, ваша позиция по вопросам безопасности? — Боюсь, что меры и так достаточно суровы. Если вы проходили паспортный контроль, то знаете, что приходится стоять в очереди. Подходишь к офицеру за пуленепробиваемым стеклом, он берет ваш паспорт, смотрит на фото, потом опять на вас, опять на фото и спрашивает: «Почему подстриглись?». «Не знаю, для самоутверждения». У них там камера. Он делает вашу фотографию, потом сравнивает с предыдущим снимком. Знаете, эти ребята весьма суровы!... Ну а тем временем на юге четыре миллиона незаконных эмигрантов переходят границу. С кроватями и тумбочками... А потом у вас на глазах шмонают восьмидесятипятилетнюю старушку в ходунках. Подумайте, если уж старушки в ходунках пойдут в террористы, наша песенка спета.

Политики, словно подгузники. Их нужно чаще менять. И по той же причине.

— У вас всего одна минута, мистер Доббс. — Наличными можно?

— Кто тут думает, что у нас порядок с образованием? — Я! — Спасибо, детка. «Я научилась читать!»

Это восходит к временам Джонсона. Президента Джонсона. Он сказал, что обвинит оппонентов в сексуальных отношениях с животными. Помощник спросил: «А доказательства?». Он говорит: «Их нет, но я послушаю, как будут отрицать».

Двух евреев послали убить Гитлера ровно в полдень. Они ждали его в переулке. 12.10 — Гитлера нет. 12.20 — Гитлера нет. Уже час — Гитлера нет. В конце концов один говорит: — Лишь бы с ним ничего не случилось.

Чуткий человек! Как-то его спросили, что он думает об однополых браках. И он сказал, что они тоже имеют право на несчастную семейную жизнь.

— Теперь все будут писать о том, как ты честен, как откровенен. Надеюсь твоя честность не повредит твоей язвительности? — Сделаю шоу о голубых фермерах и назову «Початкососы».