Тревор Бенсон

Со временем я понял, что терапия — это не столько самокопание в кабинете у психолога, сколько выработка полезных навыков, и что еще важнее — претворение их в жизнь. Поэтому в субботу я снова пробежал несколько миль.

В дороге люди часто предаются размышлениям.

Оказавшись в больнице, люди ищут поддержки; когда жизни что-то угрожает, стремление к близким становится неодолимым. Похоже, это заложено в человеческой природе.

Мне не особенно нравился спорт. Я знаю, какую пользу он приносит — иначе что же я за доктор? — но бег всегда казался мне довольно нелепым занятием. Если это не бег за футбольным мячом.

Жизни свойственны крутые повороты, и на разных этапах пути наши мечты и надежды меняются.

С годами я пришел к выводу, что семья — будто твоя тень солнечным днем, она тут, прямо за спиной, незримо идет следом, что бы ни случилось. Семья всегда рядом.

Иногда лучше залечь на дно и какое-то время ни с кем не контактировать.

Какой бы чуткой натурой я себя ни считал, мне оказалось сложно войти в ее положение, в полной мере понять, как протекает ее жизнь. Я хотел ее поддержать, жалел всем сердцем, но себя обмануть не мог: я не сопереживал ей по-настоящему. У каждого есть личный, потаенный мир, куда никогда не попасть другому.

Я продолжаю осматриваться, и цветы наводят меня на мысли о пчелах, с которыми связана значительная часть моей жизни. Эти необычные, чудесные существа всегда казались мне занимательными. Разве не удивительно, что наша привычная жизнь в конечном счете сводится к чему-то настолько простому, как пчела, перелетающая с цветка на цветок?

Никакое богатство не заменит живых родителей.

— По-моему, хуже уже некуда. — Поверьте, почти всегда есть куда ухудшить ситуацию.

Жизнь прокладывает перед нами множество дорог, мы растем, меняемся — и порой, мельком взглянув в зеркало заднего вида, с трудом узнаем себя прежних.

Всякий раз я сближался с узким кругом знакомых, наивно полагая, что мы останемся друзьями навсегда. Раз уж мы вместе тусуемся, думал я, так продолжится и дальше. Оказалось, дружба работает иначе. Жизнь меняется, люди меняются тоже. Спустя годы лишь несколько приятелей — и то, если повезет — продолжают с тобой общаться. Я не раз задавался вопросом, почему одни люди остаются с тобой на годы, а другие — отдаляются.

Разговоры о горе или чувстве вины могут немного облегчить боль. И тогда в сердце появится больше места для радости.

— И как же мне перестать о ней думать? — Поможет только одно — работа. Сосредоточьтесь. Полезные привычки помогают справиться с эмоциональным потрясением.

Люди не лучшим образом реагируют на угрозы.