Вадим Петрович Рощин

Революция в Германии!... Солдаты на крышах вагонов, разбитые вокзалы, толпы, поющие дикими голосами, ораторы, выкрикивающие с подножья памятников, молотя руками воздух: свобода, свобода! Как будто свобода заменит им хлеб, родину, чувство долга и размеренный покой веками слаженного государства!

Рот портил все дело. Можно солгать глазами, глаза лживы и скрытны, но рот не поддается маскировке... Видишь ты, — никакой формы, весь в движении, как слизняк...

— Слушай, я — Лёва Задов. Со мной шутить не надо. Я тебя буду пытать, а ты... а ты будешь мне отвечать. — Я говорил вам, я не веду разведку. Я уже два месяца из армии. — Так, так, так... Если ты, сволочь, будешь мне ещё врать, я с тобой то сделаю, шо Содома не делал со своей Гоморрой.

Революция, — замусоренные города, растрепанные девки на бульварах... И тоска, тоска человека, глядящего из окна на вылинявшие крыши города, где больше не осталось тайн... Тоска человека, с такими усилиями пытавшегося пронести через жизнь самого себя, свою независимость, свою гордость, свою печаль.