«Если ничего не остается, кроме как поступить плохо, это ведь уже не поступок, а судьба.Если ничего не остается, кроме как поступить плохо, это ведь уже не поступок, а судьба.
«Вопрос теоретический. Если ничего не остаётся, кроме как поступить плохо, то это уже не проступок, а судьба.Вопрос теоретический. Если ничего не остаётся, кроме как поступить плохо, то это уже не проступок, а судьба.