Песочный человек. Книга 2. Кукольный домик (The Sandman: The Doll's House)

Они совершенно нормальные. Кошмарно, невыносимо, отвратительно нормальные.

— Тогда почему я все еще жив? — Потому что не умер.

Сомневаюсь, что я стал мудрее, чем пятьсот лет назад. Старше — да. Поднимался, падал, снова поднимался. Что я постиг? Я учился на своих ошибках, но времени было довольно, и я совершал новые... Я смотрю на людей. Они не меняются. По сути они всё те же.

В человеческой жизни есть то, о чем я и не грезил в мире грез. Маленькие победы, крохотные поражения.

Я — не смертный и люблю тебя так, как смертному не дано…

Никогда бы не подумала, что с нами произойдет что-то подобное. Такие истории обычно происходят со знакомыми знакомых.

«И затем она проснулась». Знаете, ненавижу, когда истории так кончаются. Меня будто обманули.

— Вчера смотрел «Короля Лира». Какие-то идиоты приделали пьесе счастливый конец. — Это ненадолго. Великие Истории всегда возвращаются к своей изначальной форме.