— Итак, Астарион. Кем из нас ты хотел бы закусить? Если бы у тебя был выбор? — О, конечно, Уиллом. Он силен, быстр и добродетелен. У меня уже слюнки текут. — Хм-м... Занятно. — У тебя разачарованный тон. Только попроси — и я тебя укушу. — Не сомневаюсь. Не выпрыгивай из штанов.
Это роковая слабость всех смертных. Отними у них свободу воли — они назовут тебя тираном. Позволь им этой свободой пользоваться — они станут тиранами сами.
— Трудно поверить, что ты столько лет был мастером соблазнения, Астарион. Мне иногда кажется, ты говоришь — будто дешевенькие книжки для барышень цитируешь. — Хочешь сказать, я говорю, как очаровательный повеса? Герой, привычный к чужим восторгам? Что поделаешь, когда на тебе безупречно сидит дублет...
Знаешь, что неприятнее всего, когда стареешь? Смотреть, как дети совершают все те же ошибки, что и ты в свое время — и знать, что ровным счетом ничего не сможешь сказать такого, чтобы их переубедить.
— Вопрос к нашему главному охотнику на чудовищ: как убивают вампиров? — Полноценных вампиров? Заманивают на солнце или вонзают кол в сердце. И это еще не конец. Кровососы — упрямые твари. Извини, не хотел никого обидеть. — Никто и не обиделся. Упрямство помогает мне остаться... ну, в живых.