Афоризмы
29 июля 2026, среда
Раздел

Александр Розов

8 цитат

Александр Розов — писатель-фантаст, автор произведений по социологии, теологии и философии. Родился в городе Ленинграде в 1963 году. Как по этому поводу небезосновательно заметил сам автор, «страна теперь называется не СССР, а РФ, а город – СПб, а не Ленинград, но это мелкие детали». О себе он рассказывать не любит, философски отмечая, что за него больше говорят его книги. По образованию инженер, работает также консультантом по организационным технологиям и инновациям. Увлечение философией карианства заставило его обратиться к писательскому творчеству. Розов активно пропагандирует взгляды этого учения в своих многочисленных романах и эссе, которые в основном публикуются в Интернете. Сущность карианства как философского течения заключается в превосходстве разума как универсального инструмента для преобразования всего сущего. При этом автор допускает и превосходство «абсолютного разума» над его носителем – человеком. На вопросы журналистов Александр отвечает: «... что ты любишь, хочешь, можешь и делаешь, зачем ты это делаешь, куда идешь в этой жизни и куда придешь — вот главные вопросы, на которые все мы стараемся найти ответы в этой жизни...». Основные произведения автора объединены в цикл «Конфедерация Меганезия».

Род деятельности
писатель-фантаст
Место рождения
Ленинград, РСФСР, СССР
Если завтра все общественные устои вдруг забудутся, то люди с легкостью придумают новые устои, не хуже прежних. Любое племя, даже дикие троглодиты в джунглях, придумывает себе какие-нибудь устои. Это тривиальноый факт этнографии. Но если завтра забудутся знания по физике и математике, то человечество вместе с общественными устоями вылетит в трубу быстрее, чем пуля вылетает из ствола кольта. Эти знания объективны их нельзя выдумать, как попало. Выдуманная физика не будет работать. А значит, не будет работать техника.
— Дориан Чизвик · книга
Все мы немножко троглодиты, в нас живёт атавистическое стремление быть частью племени. Жить правилами племени. Поклоняться тотемам племени и соблюдать табу племени. Забыть, что ты — обособленная личность, и что когда-нибудь к тебе придёт твоя персональная судьба. Та, которая называется «смерть». Вот, наверное, в чём фокус. Не в том, что племя защитит и поможет, а в том, что мы не готовы встретить свою судьбу лицом к лицу. Мы пытаемся спрятаться от неё за примитивными верованиями и ритуальными масками. Мы пытаемся обмануть её противоестественными обрядами. Наконец, мы пытаемся откупиться от неё, принося жертвы выдуманным богам. Но у бога, который требует жертв, есть только одно истинное имя — СТРАХ. А судьба всё равно находит нас — одного за другим — и каждый встречает её в полном одиночестве, сколько бы жертв он не приносил своему страху, каких бы убедительных богов не создавал и как бы хорошо им не служил.
— Дин Снорри · книга
В нормальном состоянии человек, как это ни странно, вообще не занимается ничем, кроме игры. Он так устроен. Заставить его заниматься чем-либо другим можно только превратив сначала в животное — например, путем грубого физического принуждения. Человек играет, когда работает, играет, когда отдыхает, играет, когда занимается сексом, играет, когда ссорится. Короче — практически всегда.
— Дин Снорри · книга
Разум возник как способ побеждать в борьбе за существование. Все иные функции разума возникли как побочный эффект. Разум — это универсальный инструмент для конфликтных ситуаций. Значит, инварианта любого разума — это стремление к победе в конфликте. Только вот беда — понятия «конфликта» и «победы» сами, вообще говоря, не инвариантны для восприятия разных людей.
— Дин Снорри · книга
Как сказал еще Пифагор, мир управляется числом и пропорцией. Тогда, почти три тысячи лет назад, наука была рядом с людьми, непосредственно решая проблемы хозяйства. Геометрия названа так потому, что ее исходное назначение — это расчеты для землемерных и землеустроительных работ. А что сейчас? Между фармакологом, создающим лекарство, и молекулярным биологом, который выявляет принципы действия химических веществ на организм, нет понимания. Я уже не говорю о более фундаментальных предметах науки, например, квантовой механике, благодаря которой работает биохимия нашего организма. А принципы математики еще более фундаментальны. Впрочем, слова Пифагора я уже приводил… Почему так безобразно-медленно движется прогресс? Почему, несмотря на колоссальные достижения науки, мы погрязли в самых элементарных проблемах? Кризис понимания. В бизнесе это давно заметили, и перешли от бездумного тейлоровского конвейера к системе кружков, где каждый рабочий в общих чертах понимает, как устроено все предприятие. И если для понимания каждым членом общества возможностей прогресса, начиная от его научных основ, необходимы гуманитарные, эротические формы представления знаний — то к этим формам и следует прибегнуть. Невзирая ни на что.
— Дориан Чизвик · книга
Качество общественных устоев определяется тем, насколько они содействуют прогрессу. Если же некие правила оказываются в противоречии с прогрессом, то они не могут быть общественными устоями. Например, правило, запрещающее наглядное и понятное представление научных знаний, не является общественными устоями по определению.
— Дориан Чизвик · книга
На самом деле, общественные устои — это то, что позволяет обществу существовать и развиваться. И никак иначе. Это атомарное, неделимое понятие, его нельзя представить в виде набора конкретных правил. Вот почему в юридических законах вы не найдете определения общественных устоев.
— Дориан Чизвик · книга