Альфред де Виньи

Честь – это мужественная стыдливость.

Человек сильной воли творит свою судьбу, а слабый лишь проживает ту жизнь, которая выпала на его долю.

Увы, поэзия, жемчужина мышленья! Волнения души, равно как и морей, Не властны угасить то бледное свеченье, Что образуется под мантией твоей; Но стоит гению украситься тобою, Как чернь кощунствовать начнет, от страха воя, - Твой блеск божественный его внушает ей. Энтузиазм всегда враждебен слабым душам: Опасен кажется им жар, сокрытый в нем. Но почему? Ведь мы в себе отнюдь не тушим Другие светочи, что нас палят огнем, - Жизнь, веру и любовь. Кому придет желанье Без солнца навсегда оставить мирозданье? Мы ценим бытие, хотя подчас клянем.

— Ah! je t'ai bien compris, sauvage voyageur, Et ton dernier regard m'est allé jusqu'au coeur! Il disait : "Si tu peux, fais que ton âme arrive, A force de rester studieuse et pensive, Jusqu'à ce haut degré de stoïque fierté Où, naissant dans les bois, j'ai tout d'abord monté. Gémir, pleurer, prier est également lâche. Fais énergiquement ta longue et lourde tâche Dans la voie où le Sort a voulu t'appeler, Puis après, comme moi, souffre et meurs sans parler."

Честь — это поэзия долга.

Стремимся победить мы время и пространство, Нам умереть милей, чем опоздать хоть раз. Нажива — вот где мир являет постоянство, Вот цель, которой все подчинено сейчас.

У людей редко достаёт мужества быть вполне добрыми или вполне злыми.

Самая лучшая из муз не прокормит человека, эти девицы годятся только в любовницы, а не в жёны.

Hélas! ai-je pensé, malgré ce grand nom d'Hommes, Que j'ai honte de nous, débiles que nous sommes! Comment on doit quitter la vie et tous ses maux, C'est vous qui le savez, sublimes animaux! A voir ce que l'on fut sur terre et ce qu'on laisse Seul le silence est grand; tout le reste est faiblesse.

Честь — это совесть, но совесть болезненно чуткая. Это уважение к самому себе и к достоинству собственной жизни, доведенное до крайней степени чистоты и до величайшей страстности.

О суеверия любви непреходящей, О разум и расчет, два хвастуна пустых, О шепот сердца, звук, сильнее труб гремящий, Не вами ль западни на всех стезях земных Нам уготованы с рожденья до кончины - Надежды, эти с гор летящие лавины, Что тают, как снежки в руке, слепившей их?

Книга – это бутылка, брошенная в открытое море.

О! если б человек был так же духом тверд, Как званием своим «царя зверей» он горд! Бесстрашно умирать умеют звери эти; А мы — гордимся тем, что перед ними дети! Когда приходит смерть, нам трудно перенять Величие зверей — умение молчать. Волк серый! Ты погиб, но смерть твоя прекрасна. Я понял мысль твою в предсмертном взгляде ясно. Он говорил, твой взгляд: «Работай над собой И дух свой укрепляй суровою борьбой До непреклонности и твердости могучей, Которую внушил мне с детства лес дремучий. Ныть, плакать, вопиять — всё подло, всё равно. Иди бестрепетно; всех в мире ждет одно. Когда ж окрепнешь ты, всей жизни смысл проникнув, - Тогда терпи, как я, и умирай, не пикнув».