Андрей Леонидович Разбаш

— Ходят легенды, что Чак Берри один из немногих «королей рок-н-ролла», который не пьёт и не употребляет наркотики. Это правда? — В мире достаточно стимулов, и чтобы почувствовать вкус жизни, совсем необязательно принимать наркотики. <...> Мне кажется, что причина, по которой люди принимают наркотики, это желание заморозить свои чувства и эмоции, особенно если они отрицательные. Они не понимают, что анестезия пройдёт, а чувства останутся, и это очень плохо, потому что со временем понадобится всё больше и больше анестезии. Это очень плохая привычка. Если ты можешь совладать со своими чувствами с помощью, например, образования, то ты сможешь избавиться от этого навсегда, и это очень хорошо.

— Джаз для России это чужая музыка? — Я с этим не согласен. Приведу пример. Когда мы встретились с оркестром Кларка Терри, это знаменитый трубач, который, кстати, играл у Дюка Эллингтона, мы с ними выступали вместе на фестивале. <...> И потом когда мы вышли после фестиваля, выяснилось, что они в одной гостинице и я предложил им наш автобус до гостиницы. И когда мы ехали, по пути кто-то сказал: «Вы знаете, у нас там напитки остались, позовём их поговорить». Мы позвали, поговорили и вдруг тромбонист один, двухметрового роста говорит: «Можно мне сказать слово? Вы знаете, как у нас к цветным относятся, но мы впервые почувствовали: только русские к нам относятся именно душой всей». Потом у него слёзы потекли. И потом говорит: «Я только сейчас понял: настоящий джаз понимают только цветные и русские».

— Если сравнивать с животными, на кого больше всего похожи российские политики и российский истеблишмент? По поведению, по поведенческим стереотипам? — Когда были депутаты и Верховный совет это точно напоминало какую-то колонию грызунов, где шумят, выскакивают из норок. Хотя в колонии грызунов больше порядка, мне кажется.

— Вы предупреждаете людей о том, что сейчас будет происходить? Помните эту фразу: «Нервных просим удалиться»? — Сейчас в нас нервных стало поменьше, потому что если бы удалились все нервные, наверное, полстраны бы не было.

— Вы всю жизнь в мире животных. Есть ли мечта приобрести качество, которыми обладают животные? — Конечно, есть. В первую очередь, это касается так называемых семейных отношений. У нас, людей, конечно, есть ряд качеств, которые у животных представлены, может быть, на инстинктивном уровне, что может быть и обидно, но гораздо более яркие положительные качества. Например, семейная жизнь, привязанность. Есть животные абсолютные моногамы. Возьмите журавлей, возьмите лебедей. Конечно, лебедь не падает и не разбивается о землю, если он потерял свою пару. Может быть, на будущий год, овдовев, он может найти себе другую пару, но пока эта пара у него есть он никогда в жизни не посмотрит на кого-то другого, будет ходить только за своей избранницей. И это так прекрасно! Почему нам бы этом не научиться?

— Кто из артистов ваш кумир? — У меня всегда любимым артистом был Аркадий Райкин. Потому что во второй половине жизни Аркадий Исаакович выходил на эстраду без маски, но это выходило элегантно. Седой человек, красивый, гражданин, философ. Он всё равно был сатириком. Он говорил то же самое и зрители смеялись, но смех был уже другого качества. Уже смеясь, думали и рассуждали. И я считаю, что актёр такого плана, как я, во второй половине жизни тоже должен к этому стремиться. Конечно, потолка Райкина достигнуть нельзя, но стремление к этому необходимо.

— Пару сотен лет назад Жан-Жак Руссо сказал, что наука и искусство не способствуют улучшению нравов. В смысле, дураков. Что способствует улучшению нравов? — Я думаю, что вообще дураков нет. Это всё разговор. Я думаю, что человечество очень медленно превращается в человечество. То есть люди, мы, очень медленным мучительным путём, не всегда естественным отбором, к сожалению, довольно часто неестественным отбором, двигаемся к подлинному человеческому состоянию. — То есть homo sapiens ещё не sapiens. — По-моему, да. С этим я полностью согласен.

— В конце прошлого века Пётр Струве сказал, что трудно рассчитывать на какой-то прогресс российского общества до тех пор пока оно не выварится в фабричном котле. Вроде бы выварилось: индустриализация, бешеное развитие капитализма на рубеже веков. Вроде выварились... и не хватает. В каком ещё котле нам нужно вывариться, чтобы стать демократией? — Я вам советую в одно из воскресений сесть на электричку и сойти в тридцати километрах от Москвы и пройти 200-300 метров. И вы увидите эти дома XVI века, эти заборы, это ужасное состояние нашего быта. И ведь это не только под Москвой, это вся Россия! Вот пока мы ещё не выварились до конца, пока ещё мы не создали основы хотя бы бытовой цивилизации, мы ещё будем долго вывариваться.

— Суть в медицине — это психология. Это психоконтакт с больным, это психотерапия. Потому что вы можете быть трижды грамотным в профессии, но если вы не найдёте психологического контакта с больным, он будет очень тяжело выздоравливать. — Это сродни тому, что вы делаете на эстраде. — Совершенно верно. В любом искусстве психология, психознание человека это очень важно.