Анджей Сапковский: цитаты о любви

— Геральт… — Слушаю, Йен. — Когда я… Когда мы не были вместе, ты бывал с другими женщинами? — Нет. — Ни разу? — Ни разу. — У тебя даже голос не дрогнул. Не понимаю, почему я тебе не верю. — Я всегда думал только о тебе, Йен. — Теперь верю.

О любви мы знаем немного. Любовь — это груша. Она сладкая и имеет определенную форму. Но попробуйте дать определение формы груши!

— Не правда! — топнула ногой Цири. — Геральт вовсе так не говорит. Он... он вообще молчит. Я же видела. Он стоит и молчит... — В том-то и состоит роль поэзии, Цири. Говорить о том, о чем другие молчат.

Она была в этих предметах. Была в этом аромате. Но не было её.

Любовь – тоже удовольствие, к тому же одно из самых эгоистичных.

Ты знаешь ее весьма поверхностно. Она тебя, по правде сказать, тоже. Довольно типично для уз, которые вас связывают или когда–то связывали. Обоих вас не хватает ни на что, кроме как на чересчур эмоциональную оценку последствий при одновременном игнорировании причин.

Любовь смеется над рассудком. И в этом её притягательная сила и прелесть.

Что это за любовь, когда любящий не может иногда хоть чем-то пожертвовать?

Любовь и кровь. В них могучая сила. Маги и ученые не первый год ломают себе над этим головы, но поняли только одно... Любовь должна быть истинной.

Любить — значит не только брать, но и уметь отказываться от чего-то, жертвовать собою.

Любовь без комплиментов отдает физиологией, а физиология плоска.

Знаешь, почему она не идет на банкет? Потому что ей неловко явиться одной, без мужчины, с которым ее связывали четыре года. Из-за которого ей завидовали. Которого она потеряла, потому что не сумела оценить его любви.

С любовью все обстоит так же, как с почечными коликами. Пока не схватит, даже не представляешь себе, что это такое. А когда об этом рассказывают — не веришь.

Я, — прервал молчание Завиша, — человек железного меча. Я знаю, что меня ждёт. Знаю свою судьбу. Знаю без малого сорок лет, с того дня, когда взял в руки меч. Но я не стану оглядываться. Не обернусь на оставленные за конём хундфельды, собачьи могилы и королевские предательства, на подлость, на ничтожество и безбожие духа. Я не сверну с избранного пути, милостивый государь Ганс Майн Игель. Ганс Майн Игель не произнёс ни слова, но его огромные глаза разгорелись. — Тем не менее, — Завиша Чёрный потёр лоб, — я хотел бы, чтоб ты предсказал мне, как и Рейневану, любовь. Не смерть.

Никогда не совершай такой ошибки... Если кто-нибудь проявит к тебе сочувствие, симпатию и преданность, если удивит благородством характера, цени это, но не перепутай с... чем-то другим...

Любовь любовью, а жизнь жизнью. Любовь проходит...