Под солнечным зноем в тесной лодке озноб - чувствовать против моих коленок мальчика чистую наготу, упоение мукой — носить в крови то, о чем он не знает.
Если какое из бедных моих слов придется тебе по сердцу, и ты мне об этом скажешь хотя бы только глазами, я распахнусь перед тобой улыбкой счастливой, но все-таки буду дрожать, словно маленькая юная мама, что краснеет, от прохожего слыша, как младенец её прекрасен.
