Ашот Наданян: смешные цитаты

Многие ошибочно полагают, что я баскетболист. Когда говорю, что шахматист, ошибочно полагают, что я над ними издеваюсь.

Восклицательные знаки созданы для лозунгов, вопросительные — для анкет, точки — для законов, тире — для афоризмов, запятые — для списков продуктов, которые жёны пишут мужьям.

Каждый раз, когда я беру в руки пешку и двигаю её на одну клетку вперёд, меня начинает мучить совесть: а тем ли я делом занимаюсь при росте 190 см и весе 100 кг?

Не глумитесь над шахматистами. Легко ли сохранить душевное здоровье, когда изо дня в день теряешь коней, бьёшь слонов, нападаешь на королев?

Не можете заснуть, когда рядом храпят? Это потому, что раздражаетесь. А надо мысленно говорить так: «О! Как ты красиво храпишь! А можно ли немного погромче? Это так меня усыпляет...» Проверено — действует стопроцентно.

Короткими должны быть три вещи: языки, юбки и афоризмы.

Сапёрам непонятны две вещи: как можно учиться на своих ошибках и почему говорят, что жизнь пройти — не поле перейти.

Лишь сломав левую руку, я понял для чего она нужна. Одной рукой можно есть, купаться, одеваться, но абсолютно невозможно завязывать шнурки.

Дети в шахматных школах более утончённые, и учителям на стул кнопки не подкладывают. Вместо этого они используют слонов или королей.

Идеальные женщины — это шахматистки: они могут часами молчать, хорошо следят за фигурами и знают много интересных позиций.

Трое вызывают недоверие: курящий врач, смеющийся священник и причёсанный шахматист.

Только великих шахматистов бьют по голове доской. Неудачники бьются об неё сами.

Утюг — женский эталон настоящего мужчины: горяч, гладит и пьёт только воду.

Ягодичные мышцы — это то, что делает шахматы спортом.

Память — загадочная штука: я играю вслепую одновременно с тремя шахматистами, легко воспроизвожу партии двадцатилетней давности, но никак не могу запомнить номер своего мобильного телефона.

Совесть — это когда на пляже ищешь туалетную кабинку.