Борис Стругацкий: жизненные цитаты

То, что ты говоришь, до такой степени неправильно, что я даже не обижаюсь.

К кровавой бойне скатываются обычно не те, кто побеждает в дискуссии, а те, кто ее проигрывает.

Они торчали на перекрестках, толпились под фонарями, угловатые, прокуренные, оставляя на тротуарах россыпи плевков, окурков и бумажек от конфет. Нервные и нарочито меланхоличные. Жаждущие, поминутно озирающиеся, сутуловатые. Они ужасно не хотели походить на остальной мир и в то же время старательно подражали друг другу и двум-трем киногероям.

Ты за них или против? Бывает ещё третий выход: наплевать.

Когда я приезжаю в чужую страну, я никогда не спрашиваю, хорошие там законы или плохие. Я спрашиваю только, исполняются ли они.

Я открыл было рот, но тут представил себе, в какие дебри нам придется забираться, как трудно будет объяснить, что такое метафоры, иносказания, гиперболы и просто ругань, и зачем все это нужно, и какую роль здесь играют воспитание, привычки, степень развитости языка, эмоции, вкус к слову, начитанность и общий культурный уровень, чувство юмора, такт, и что такое юмор, и что такое такт, и представив себе все это, я ужаснулся и горячо сказал: – Вы совершенно правы, Федя.

День за днём, декада за декадой бродим по шею в тоскливых мелочах...

Для молодого человека нет и не может быть более целительной психотерапии, нежели очаровательная молодая женщина.

Хуже всего на свете ждать и догонять.

– Умный человек – это тот человек, который сознает несовершенство, незаконченность своих знаний, стремится их пополнять и в этом преуспевает… Вы со мной согласны? – Нет. – А в чём дело? – Ваше определение не функционально. Любой дурак, пользуясь этим определением, может полагать себя умным. Особенно, если окружающие поддерживают его в этом мнении.

Восемьдесят три процента всех дней в году начинаются одинаково: звенит будильник.

Дурак – это просто инакомыслящий … или инакочувствующий.

А потом, заметьте, вполне довольных ведь не бывает. Это только вполне недовольные бывают.

Раньше я вёл каждый бой так, словно это мой последний бой. А теперь я заметил, что берегу себя для других боев, которые будут решающими.

В нашем деле не может быть друзей наполовину. Друг наполовину — это всегда наполовину враг.

Там, где общий принцип сталкивается с принципом личным, — там кончается жизнь простая и начинается сложная. Такова жизнь.