Борис Васильев: жизненные цитаты

А я бы ни за что не стала целоваться без любви. — Валя всегда говорила негромко, но так, что ее все слушали. — По-моему, это унизительно: целоваться без любви.

... Но про беду собственную человеку вперёд знать не дано, и потому бьёт она всегда из-за угла.

Тут привыкнуть надо, душой зачерстветь, и не такие бойцы, как Евгения, а здоровенные мужики тяжко и мучительно страдали, пока на новый лад перекраивалась их совесть.

Человека ведь одно от животных отделяет: понимание, что человек он. А коли нет понимания этого — зверь. О двух ногах. о двух руках и — зверь. Лютый зверь, страшнее страшного. И тогда ничего по отношению к нему не существует: ни человечности, ни жалости, ни пощады. Бить надо. Бить, пока в логово не уползет. И там бить, покуда не вспомнит, что человеком был, покуда не поймет этого.

Семья была дружная, а после выхода старших замуж сплотилась ещё больше. Все обсуждалось и решалось сообща, но, как это часто бывает в русских семьях, мать незаметно, без видимых усилий и демонстративного подчёркивания, держала вожжи в своих руках.

С друзьями спорить не о чем, а с врагами надо драться.

К горю трудно привыкнуть, я знаю. Нужно научиться расходоваться, чтобы хватило на всю жизнь.

Ты не спрашивай, где мы были. Ты просто радуйся, что мы вернулись...

Первое — моё, — торопливо сказал Плужников, потому что внутренне был убеждён, что первое — число счастливое. — Моё первое...

Даже отчаяние в России пока еще отчаянно веселое.

Человек в опасности либо совсем ничего не соображает, либо сразу за двоих.