Борис Заходер

Однажды я шел из Дувра в Кале - Дорога, поверьте, была нелегка, - И у синего моря, на голой скале Я встретил Грустного Моряка. Он руки ломал, и волосы рвал, И печальны, печальны были слова Песни, которую он напевал, А песня Была такова: «Я один — капитан, и гардемарин, И штурман брига «Нырок». Я его рулевой, и боцман лихой, И четверка гребцов, и кок…» И бедняга все рвал остатки волос Изо всех своих старческих сил, И взглядом просил: «Ну, задай мне вопрос!» Так что я его прямо спросил: — Извини, старина, — сказал я ему, - Я тоже отчасти моряк, И как раз потому я никак не пойму, Не пойму я, как это так: Ты один — капитан, и гардемарин, И штурман брига «Нырок». Ты его рулевой, и боцман лихой, И четверка гребцов, и кок??? И тогда старикан штаны подтянул (Подтянул, как бывалый матрос!), Он чихнул, он икнул, Он глубоко вздохнул: — Ну, так слушай, — он произнес. — По морям, по волнам - Нынче здесь, завтра там, - Так мы шли на бриге «Нырок». Мы брасопили реи как можно быстрее, Но скажи — какой в этом прок? Мы держали на запад (и на восток) От острова Тенериф, Но какой тебе прок держать на восток, Если рок тебя бросил на риф?.. Кто глотал волну — тот пошел ко дну… А было нас семьдесят шесть! Мы спустили все гички, Но на перекличке Только десять ответили: «Есть!» Есть хотел капитан, и гардемарин, И штурман брига «Нырок», Есть хотел рулевой, и боцман лихой, И четверка гребцов, и кок. Нет хуже беды, чем сидеть без еды. Но моряк моряку — друг и брат. И, чтобы выручить всех из беды - Каждый жизнью пожертвовать рад! И первым штурман попал в котел (Он всегда нам прокладывал путь!), А следом за ним капитан пошел (Он был недоварен. Чуть-чуть). А там — рулевой и боцман лихой, (Кстати — сущая был свинья); И, в конце концов, четверку гребцов Мы докушали — кок и я. Да, с коком остались мы наедине И стали держать совет: Кому из нас — ему или мне, Другу пойти на обед… Кок сказал: «Я правды скрыть не могу, Хоть хвастаться не люблю, Я могу из тебя приготовить рагу - Не стыдно подать королю! Ты думаешь, суп сварить нехитро? Это тонкое дело — стряпня! А профан понапрасну загубит добро, Точнее сказать, меня». Обидных слов я стерпеть не мог, И я веслом его — кок! Так хвастливый кок мне попал на зубок, И с тех пор я, увы, одинок! С тех пор я не ем (и почти не пью), И печаль терзает душу мою, И никто мне не верит, когда я пою Правдивую песню Свою: «Я один — капитан, и гардемарин, И штурман брига «Нырок». Я его рулевой, и боцман лихой, И четверка гребцов, и кок…»

У Поэта Шляпа улетела. (И не диво: ветер в голове!) Так взлетела, словно захотела Воспарить в небесной синеве… Догонять ее не стал Поэт - Он с обидой закричал ей вслед: — Ты куда, дуреха!? Возвращайся! Не спеши! Хотя бы попрощайся! Так нельзя! Ты слышишь или нет? Я воскликнул: — Ты, наверно, спятил! С кем ты тут беседуешь, приятель? Ждешь, что шляпа шляпе даст ответ? — Безусловно! — отвечал Поэт. Отчего бы ей не говорить? Говорить-то проще, чем парить! — Так-то вот! - Добавил он со злостью, И в сердцах поддал беглянку тростью. Он был прав, Хоть в логике и слаб. (Прав — насчет поэтов, а не шляп…)

Как у нас Пастушок Поселился, Целый день Он играл — веселился: На сопелке играл, Да на дудке, Распевал Прибаутки да шутки: Туру-ру, туру-ру - Я когда-нибудь умру! Туру-туру, туру-ру, Я когда-нибудь умру… На сопелке играл, На свирели, А соседи буквально зверели: Туру-ру, туру-ру, Я когда-нибудь умру! Туру-туру, туру-ру, Может завтра поутру…

О Боже, как много нам может сказать Тот, кто двух слов не умеет связать!..

— Когда бесстыдник-акробат При величавых звуках «Лунной» Нам демонстрирует свой зад, (А заодно и лоб чугунный); Когда мы смотрим на экран, И преподносят нам с экрана Знакомый сызмальства роман В переработке графомана; А режиссер-компрачикос «Отелло» без Отелло ставит. (Зачем? Бессмысленный вопрос: Такой спектакль его прославит!); Вся эта сволочь сознает, - Теперь, когда раздроблен атом, Калечить может идиот И то, что гений создает, - Все стало полуфабрикатом! — Не кипятись. В конце концов, Одна судьба у всех творцов! Господь терпел — и нам велел: Ведь он, — подумай! — всей вселенной Для нас с тобой не пожалел, Для упражнений мысли тленной…

— Темно, туманно… Что все это значит? — Да то, что автор Нас с тобой дурачит!

Нам, не скрывая, сообщает книжка: Есть у поэта Кой-какой умишко, Но он, бедняга, Сильно истощился, Пока до первой строчки дотащился…

Свидетельствует Каждая страница: Наш автор Не боится, Не боится! Он ничего на свете Не боится! - Он не боится даже осрамиться!

Критик воскликнул, Ушами похлопав: Ну и стихи! Ни сравнений, ни тропов! Что это, - Вы извините, - За автор? Нету синекдох, Нету метафор, Ни аллегории, Ни метонимии - Все напрямик, Как в учебнике химии. Где у него Хоть одна метатеза? Где она? Где? А нужна до зареза! Образов — фигушки! Спорить напрасно, То, что безобразно - То безобразно.

Хитро устроен Белый свет; Тут может все — любой предмет (От поражений до побед) И пользу приносить и вред… Взять пищу — иногда вредна. Толкуют о вреде вина. (?) Порой, — и это не секрет - Сама Любовь приносит вред! Зато порой полезен яд, И град, И атомный распад, И, как иные говорят, Небесполезен даже ад…

«Лучше Пушкина не напишешь, Лучше Бога не сотворишь» - Если правду ты говоришь - То зачем ты живешь и дышишь?

Кто хочет Честно Рисовать - Тот должен Чем-то Рисковать!

От комплиментов - До алиментов.

Кто носорогу Дорогу Уступит, Тот, несомненно, разумно поступит. Любо толкаться ему, толстокожему, А каково Бедняге прохожему? Как хорошо, что такие невежи Будут встречаться Всё реже и реже! Кто носорогу Дорогу Уступит, Тот, несомненно, разумно поступит. Любо толкаться ему, толстокожему, А каково Бедняге прохожему? Как хорошо, что такие невежи Будут встречаться Всё реже и реже!

Ура! Зловоние и аромат У нас уже в одной цене стоят. И рынок наш все благосклоннее К тому, кто продает зловоние…

Она — сестра таланта, но порой, Увы, не ладят даже брат с сестрой. Как это трудно — избегать длиннот! А ведь избыток — маска недостатка. …Клянём себя, Читатель нас клянёт: Что приторно — то вроде и не сладко!.. И каждый автор это сознаёт; И каждый хочет выражаться кратко, А между тем — то тянет, то жуёт… Да, В этом есть какая-то загадка! «Излишний мрамор отсеки от глыбы - И статуя появится на свет». Ваятель! Превосходен твой совет. О, если б мы его принять могли бы! Совет хорош, Да с толку он сбивает Того, Кто сам свой мрамор добывает.