Дарья Андреевна Кузнецова

Меж тем я нашла в гостиной бар с великолепным набором напитков и плеснула себе полбокала хорошего вина. Правда, за что именно пить, так и не определилась: не то за собственное семейное счастье, не то – за собственный же упокой. В итоге решила пожелать себе здоровья и терпения, оно никогда лишним не будет – ни на том свете, ни на этом.

Я же в очередной раз напомнила себе старую поговорку Приграничья: «Ветер перемен пахнет смертью».

Казалось бы, что такое поцелуй? Просто прикосновение губ. Да, приятное прикосновение, ласка. Так в общем-то было с магом, так я представляла себе это прежде. Но сейчас всё произошло совершенно иначе, это было не просто прикосновение, и даже не прелюдия перед интимной близостью. Обещание. Или, скорее, предложение. Чего? Я могла только гадать. Предложение крепких объятий, сильных надёжных рук. Стального вихря, способного отвести любой удар и защитить от всего на свете. Предложение себя. Того, о чём я старалась не думать — дома, в котором будет верный мужчина, один на всю жизнь. Настоящей семьи.

Нет, он мне понравился. — Ойша невозмутимо пожала плечами. — И ты тоже понравился, ты симпатичный, умный, и целоваться с тобой было очень приятно, — всё с тем же спокойствием огорошила меня эта странная девушка. — Но это не повод связывать с кем-то свою жизнь. Сам подумай, какая жизнь ждёт меня замужем? — уныло поморщилась она. — Дети и хозяйство? С кем-то другим ещё можно попробовать побороться за свои права и за свою жизнь, но только не с северянином. <...> Как будто я по сторонам не смотрю и не вижу, что с людьми делается после такого, особенно с женщинами, которые оказываются рядом с сильными мужчинами! Они ломаются; не сразу, но рано или поздно непременно превращаются в эти тупые сюсюкающие домохозяйственные создания. Либо постепенно сами деградируют, либо просто ломаются под давлением и гаснут. Весёлые, озорные, влюблённые в жизнь, увлечённые своими интересами — превращаются в одинаковых наседок. Да, исключения бывают, они не так уж редки, я их встречала.

... половину своей жизни я провела в полевых лагерях, много раз имела возможность «безвременно почить», насмотрелась… всякого. Но возненавидеть так и не смогла. Кажется, я вообще была не способна на это чувство. Презрение, отвращение, обида, – да, было. А ненависть так и не пришла. Говорят, женщинам вообще тяжело научиться этому чувству. Я, конечно, женщина специфическая, но в этом отношении, наоборот, оказалась традиционна.

- Не знаю. Ты иногда кажешься совсем мальчишкой, чуть не моложе меня, а иногда — в самом деле серьёзный взрослый мужчина, — честно призналась она. - Знаю за собой такое. — Я засмеялся в ответ. — Это результат конфликта характера и жизненного опыта. Первый категорически против серьёзности, второй не даёт совершать желаемое количество глупостей.