Дэвид Рокфеллер

Доступные кредиты легко приводят как к масштабной спекуляции, так и к чрезмерному расширению.

Мы стоим на пороге глобальных перемен. Всё, в чём мы нуждаемся – это правильно организованный мега-кризис, и тогда народы примут новый мировой порядок.

Я глубоко убежден, что наиболее успешные деловые связи основываются на доверии, взаимопонимании и преданности — тех же чертах, без которых невозможна близкая дружба.

Мне известны такие способы делать деньги, о которых вы и понятия не имеете. Способ «хорошо и круглосуточно делать тяжелую работу» никогда не ведет к настоящему успеху.

Однажды адвокат нашей семьи сказал: «Две самые дорогие вещи, которые может позволить себе Рокфеллер, — пойти в политику или развестись».

Я полагаю, что правительство – слуга людей, а не их владелец.

Мы благодарны «The Washington Post», «The New York Times», журналу «Time» и другим выдающимся изданиям, руководители которых почти сорок лет посещали наши встречи и соблюдали их конфиденциальность. Мы были бы не в состоянии разработать наш план мироустройства, если бы все эти годы на нас были обращены огни прожекторов. Но в наше время мир искушённее и готов шагать в сторону мирового правительства. Наднациональный суверенитет интеллектуальной элиты и мировых банкиров, несомненно, предпочтительнее национального самоопределения, практиковавшегося в былые столетия.

В богатстве нет смысла, если вы не можете им поделиться.

Чистый разум и свежие идеи – вот самая благодатная почва для роста доходов, а вдохновение – лучшая мотивация для успешного бизнеса.

Я уверен, что материальные вещи могут сделать жизнь приятнее. Но если у вас нет хороших друзей и родственников, жизнь будет пустой и печальной, несмотря на всё материальное.

В двадцать первом веке не нужно будет убивать сотни граждан, дабы заполучить желанную власть над массами, достаточно лишь купить телеканалы и с их помощью воспитать будущие поколения управляемых рабов.

Прибыль, обладающая притягательной силой, создает рабочие места, увеличивает благосостояние и наделяет людей такими возможностями, на какие не способна ни одна социальная или экономическая система.

Соглашения о совместном руководстве редко дают хороший результат, поскольку они представляют собой неудобный компромисс.

В течение уже более ста лет идеологические экстремисты на всех концах политического спектра с энтузиазмом ссылаются на некоторые известные события, такие как мой неудачный опыт с Кастро, для того, чтобы обвинить семью Рокфеллеров во всеохватывающем угрожающем влиянии, которое, как они заявляют, мы оказываем на американские политические и экономические институты. Некоторые даже верят, что мы являемся частью секретной политической группы, работающей против интересов Соединенных Штатов, и характеризуют мою семью и меня как «интернационалистов», вступивших в сговор с другими группами по всему миру для построения более интегрированной глобальной политической и экономической структуры – единого мира, если угодно. Если обвинение заключается в этом, то я признаю себя виновным, и я этим горжусь.