В житейском сумраке бродила я, слепа, ни в людях, ни в вещах не находя участья. Увы, не привели меня к колодцу счастья ни долгий путь прямой, ни тайная тропа.
О, как изнашивают сердце годы! Как тратят золото его они: ведь копятся во все часы и дни в копилке сердца страсти и невзгоды... О, как изнашивают сердце годы! <...> Сожгли мне сердце прожитые годы: на жертвенный костер взошло оно и, пламенем уже опалено, всё верило, что пламень был любовью... Так моё сердце было сожжено. Сожгли мне сердце прожитые годы.
Ласкаю книги я, как нежные тела: не радостей земных взыскуя, но причастья к загадке жизни… <...> Умеют книги ждать (ведь мудрым суета чужда) и терпеливо ждут ласки рук моих и блеска жадных глаз.
Когда лучится счастье на ладони, ты не считай его рабом своим, - сожмёшь его в руке — прощайся с ним: рука, разжавшись, пепла горсть уронит... <...> Вокруг безжалостная глухота. Не рвись ни вслед любви, ни вслед надежде... Мы тщетно ловим ветер: всё — тщета.
