Go where his pickets hide — Unmask the shape they take, Whether a gnat from the waterside, Or a stinging fly in the brake, Or filth of the crowded street, Or a sick rat limping by, Or a smear of spittle dried in the heat — That is the work of a spy!
Хорошая работа также не имеет значения, потому что человек оценивается по самым худшим результатам его деятельности, а все лучшее, как правило присваивается кем-то другим.
I go to concert, party, ball — What profit is in these? I sit alone against the wall And strive to look at ease. The incense that is mine by right They burn before her shrine; And that’s because I’m seventeen And She is forty-nine.
I cannot check my girlish blush, My color comes and goes; I redden to my finger-tips, And sometimes to my nose. But She is white where white should be, And red where red should shine. The blush that flies at seventeen Is fixed at forty-nine.
She rides with half a dozen men, [She calls them «boys» and «mashers»] I trot along the Mall alone; My prettiest frocks and sashes Don’t help to fill my programme-card, And vainly I repine From ten to two A. M. Ah me! Would I were forty-nine!
She calls me «darling,» «pet,» and «dear,» And «sweet retiring maid». I’m always at the back, I know, She puts me in the shade. She introduces me to men, «Cast» lovers, I opine, For sixty takes to seventeen, Nineteen to foty-nine.
О, если ты спокоен, не растерян, Когда теряют головы вокруг, И если ты себе остался верен, Когда в тебя не верит лучший друг, И если ждать умеешь без волненья, Не станешь ложью отвечать на ложь, Не будешь злобен, став для всех мишенью, Но и святым себя не назовешь, - И если ты своей владеешь страстью, А не тобою властвует она, И будешь тверд в удаче и в несчастье, Которым в сущности цена одна, И если ты готов к тому, что слово Твое в ловушку превращает плут, И, потерпев крушенье, можешь снова- Без прежних сил — возобновить свой труд, - И если ты способен все, что стало Тебе привычным, выложить на стол, Все проиграть и все начать сначала, Не пожалев того, что приобрел, И если можешь сердце, нервы, жилы Так завести, чтобы вперед нестись, Когда с годами изменяют силы И только воля говорит: «держись!» - И если можешь быть в толпе собою, При короле с народом связь хранить И, уважая мнение любое, Главы перед молвою не клонить, И если будешь мерить расстоянье Секундами, пускаясь в дальний бег,- Земля — твое, мой мальчик, достоянье. И более того, ты — человек!
На далёкой Амазонке Не бывал я никогда. Только «Дон» и «Магдалина» - Быстроходные суда - Только «Дон» и «Магдалина» Ходят по морю туда. Из Ливерпульской гавани Всегда по четвергам Суда уходят в плаванье К далеким берегам. Плывут они в Бразилию, Бразилию, Бразилию. И я хочу в Бразилию - К далёким берегам!
I wish I had Her constant cheek; I wish that I could sing All sorts of funny little songs, Not quite the proper thing. I’m very gauche and very shy, Her jokes aren't in my line; And, worst of all, I'm seventeen While She is forty-nine.
Вниманья молодых людей Не привлекаю я, А с ней танцуют те, кто ей Годятся в сыновья. Берём мы рикшу — так за ним Тут каждый сбегать рад: Ведь мне всего семнадцать лет, А ей — под пятьдесят.