Афоризмы
30 июля 2026, четверг
Джозеф Шеридан Ле Фаню
Раздел

Джозеф Шеридан Ле Фаню

47 цитат

Джозеф Шеридан Ле Фаню (англ. Joseph Sheridan Le Fanu; 28 августа 1814 — 7 февраля 1873) — ирландский писатель, продолжавший традиции готической прозы. Автор классических рассказов о привидениях. Автор мистических и приключенческих произведений. С 1845 по 1873 год опубликовал 14 романов, из которых наиболее известны «Дядюшка Сайлас» («Uncle Silas», 1864), «Дом у кладбища» («The House by the Churchyard», 1863) и сборник из пяти новелл — «Сквозь тусклое стекло» («In a Glass Darkly»,1872).

Род деятельности
писатель
Место рождения
Дублин, Ирландия, Великобритания
Дата рождения
28.08.1814
Дата смерти
07.02.1873 (возраст 58 лет)
Я не могла поверить, что он действительно мертв. Большинство людей, потрясенных до самых своих основ подобным ударом, на минуту-другую овладевает безумство неверия.
— Дядя Сайлас · книга
Любовь всегда себялюбива, и чем она нежнее, тем себялюбивее. Любя меня, ты пойдёшь со мною на смерть; или пойдёшь со мною, ненавидя меня — перед смертью и за смертным порогом. Всё равно — любовь или ненависть, лишь бы не равнодушие.
— Кармилла · книга
Как известно, тот, кто подслушивает, редко слышит о себе хорошее; подглядывающий тоже иной раз видит не то, что бы ему хотелось.
— Дом у кладбища · книга
Любовь, как лихорадка, нападает, отпускает и возвращается вновь. Больной — даже его сиделка и доктор, если он призвал таковых себе на помощь, — полагает, что с болезнью покончено, страсть иссякла, пламя потухло и даже рассеялся дымок. Но нет, дуновение ревности вдруг сдует золу, и глядь — под ней тлеют старые чувства.
— Дом у кладбища · книга
И буду я у тебя жестокая, и буду себялюбивая: но ведь любовь всегда себялюбива, и чем она нежнее, тем себялюбивее. Любя меня, ты пойдешь со мною на смерть; или пойдешь со мною, ненавидя меня — перед смертью и за смертным порогом. Все равно — любовь или ненависть, лишь бы не равнодушие.
— Кармилла · книга
Как же мы глупы и слепы; если, несмотря на наши отчаянные мольбы, нас постигает удар, то наша вера в силу молитвы бывает поколеблена; нам кажется, что наши слова не достигли ушей Всеведущего, не вызвали сострадательного отклика. Однако разве мы способны достаточно глубоко проникнуть в суть возвышенно-непостижимой, далеко спланированной игры, которая определяет судьбы наши и других людей, чтобы, сидя у доски, с уверенностью диктовать ходы?
— Дом у кладбища · книга
Почему любопытству, иначе говоря честолюбию, которым испытывает нас давший нам жизнь, так трудно противиться? Знание — это власть, а душа человека тайно вожделеет всякой власти; помимо стремления добраться до сути, безудержный интерес к чужой истории и, что важнее всего, некий запрет возбуждают наш аппетит.
— Дядя Сайлас · книга