Помоги нам, Господи, услышь наши молитвы — нам всем нужно молиться вдвойне. В конце концов они искали Бога, но заблудились. Может быть, Он простит их гордость и откроет им глаза.
Чудо, что мы существуем, это так прекрасно – жизнь, милосердие Божие, радость Ему служить. Радость, что есть жизнь вечная – она нас ждет – и совершенный покой пред лицом Божиим...
Милая Минни. Можно приехать к тебе в 6.30? Ты не возражаешь? Здесь, мне кажется все переживается труднее, и теперь я понимаю, как тебе приходится страдать всякий раз, когда ты приезжаешь сюда. Петергоф всегда был местом веселья и жизни, а теперь бродишь здесь с глухим одиночеством в сердце хотя все вокрут выглядит таким, как в прежние дни Храни тебя Бог, дорогая сестричка. Любящая тебя Элла.
Замечательно провела четыре дня — большое утешение. Они были очень рады видеть меня — мать (имп. Александра Феодоровна) и сын (цесаревич Алексей) вполне здоровы. Его лицо выражает глубокую печаль, но сам выглядит хорошо. Обнимаю, благословляю. Дай Бог здоровья.
Теперь я понимаю — когда страдают и не хотят показать этого другим, то часто принимают холодный вид. Простите, что у меня не хватило сердечной проницательности.
Радуюсь скорой встрече с тобой и желаю благословенной поездки. Здесь были божественные дни, единственное грустное впечатление — тебя не было с нами. В такое время хочется вместе молиться и переживать те божественные часы, что дают нездешнюю силу и утешение.
Тебе здесь было бы хорошо — чудесно, тихое время молитвы перед Пасхой, когда чувствуешь, что Бог ближе. Это такое отдохновение — жить в этой атмосфере, и твои дорогие словно бы рядом — смотрят и благословляют тебя!
Те несколько сестер, что живут со мной, хорошие девушки, очень верующие. Но ведь и все наше служение основано на вере и живет ею. Батюшка их наставляет, три раза в неделю у нас организовывают замечательные лекции, на которые у нас приходят и гости. Потом еще на утреннем правиле батюшка читает из Евангелия. Я опекаю их, мы разговариваем. Едят они без меня <...> Чай пьём всегда вместе.