Эмиль Золя

В голодающих поселках страдали меньше, нежели в этом буржуазном доме, где всеми силами скрывали от посторонних, что в доме за столом пьют одну воду.

— Жерминаль

С начала забастовки голод усугублял обиды, люди ощущали потребность во взаимных столкновениях.

— Жерминаль

Катрин возмущало, что больше тысячи человек набросились на него одного. Она готова была защищать его, — без любви, из гордости.

— Катрина

Жена его, молча о чем-то думавшая, вдруг словно очнулась: — Да если бы еще правду священники говорили, что беднякам на том свете хорошо будет, а богачам — плохо. Ее слова прервал…

— Маэ

Еще вся трепеща и истекая в душе кровью, она мужественно скрывала свои страдания под маской светской любезности.

— Дамское счастье

Он был олицетворением соблазна.

— Дамское счастье

Он создавал новую религию; на смену опустевшим церквам и колеблющейся вере пришли его базары, отныне дававшие пищу опустошенным душам.

— Дамское счастье

Но молодость так безрассудна!

— Нана

Любовь прежде всего.

— Нана

Деньги никогда не принесут им настоящего счастья.

— Нана

Увлечения портят жизнь.

— Нана

Жизнь совсем уж не такая забавная штука.

— Нана

Женщины вообще не могут быть совершенно правдивыми. Они всем решительно лгут: судьям, своим любовникам, своим горничным и самим себе.

Женщина, у которой нет детей, не может быть счастлива; мало любить, нужно, чтобы любовь была освящена.

Он жил мечтой о всеобщем счастье — излюбленной мечтой всех обездоленных, и слова: «Свобода, равенство, братство» звучали для него как благовест, заслышав который, верующие опускаю…

— Карьера Ругонов

Милый мой, все женщины одна другой стоят.

— Нана