29 сентября 2026, вторник
Раздел

Эрик-Эмманюэль Шмитт

228 цитат

Эрик-Эмманюэль Шмитт — лучшие цитаты, афоризмы и высказывания автора.

Кругом были тела, сломившиеся над письменными столами, черепа, лоснившиеся под лампами, и книги, книги, книги вдоль бесконечных стен — закрытые, немые, непроницаемые. Большой зал библиотеки был словно погружен в жидкий стоячий клей полного безмолвия. Ни малейшего движения. Лишь устоявшийся запах чистой пыли, которую вытирают каждое утро.
— Секта эгоистов · книга
И тогда Гаспар ощутил то одиночество, которое дано в удел всем людям и не имеет ничего общего с тем самодовольным и независимым одиночеством творца, каковым он мнил себя прежде, — нет, это новое одиночество было окружено людьми и предметами, оно было безнадежным и бесповоротным, оно было человеческим.
— Секта эгоистов · книга
Эпоха с легкостью допускала, чтобы говорилось бог знает что — это в самой природе литературного салона, — но вести себя бог знает как было все-таки непозволительно.
— Секта эгоистов · книга
Я принял решение нарушить закон: прочитать что-нибудь бесполезное! Просто так. Ни за чем. Попрать все правила науки — заняться интеллектуальным бродяжничеством. Почитать что-нибудь ради собственного удовольствия. В общем, совершить преступление!
— Секта эгоистов · книга
Эти женщины ничего не сделали, они ни о чём не просят, они просто подчиняются. Что бы ни случилось, они — всегда жертвы.
— Ханна · книга
– Где это – Лизьё? – Деревня в Нормандии. Там делают масло, сыр и святых. Мне, стало быть, там делать было нечего.
— Другая судьба · книга
Ошибка, которую совершают с Гитлером, происходит из того, что его принимают за человека исключительного, незаурядное чудовище, несравненного варвара. А между тем он человек банальный. Банальный, как зло. Банальный, как ты и я. Это мог бы быть ты, это мог бы быть я. И как знать, не окажемся ли мы завтра на его месте, ты или я? Кто может считать себя надежно защищенным? Защищенным от ложного суждения, от упрощенчества, от упрямства или от зла, причиненного во имя того, что считают добром?
— Другая судьба · книга
Я страдаю. Ледяной меч пронзил мне грудь до самого нутра, я истекаю кровью, и никто не видит? Никто не заметил, какое горе меня сразило? Неужели я один на этой земле чувствую все так остро? Да в одном ли мире мы живем?
— Другая судьба · книга
Люди боготворили его, потому что он говорил сердцем, и им было невдомек, что речь идет лишь о темной стороне сердца.
— Другая судьба · книга
Что такое чудовище? Человек, который творит зло многократно. Сознает ли он, что творит зло? Нет, чаще всего нет. Иногда да, но это осознание его не меняет. Ибо чудовище оправдывается в своих глазах, говоря себе, что никогда не желало зла. Это лишь злополучная случайность. В то время как столько зла творится на этой планете, никто не стремится к злу. Никто не творит его умышленно, даже самый коварный обманщик, самый жестокий убийца или самый кровавый диктатор. Каждый думает, что действует во благо, во всяком случае на благо себе, а если это благо оборачивается злом для других, если оно влечет боль, горе и разочарование, то это естественный ход вещей, он этого не хотел. У всех негодяев чистые руки.
— Другая судьба · книга
Мне кажется на этой земле живет два вида чудовищ: те, что думают только о себе, и те, что думают только о других. Иначе говоря, негодяи-эгоисты и негодяи — альтруисты. Генрих относится к первой категории, ибо свое удовольствие и успех он ставит превыше всего. Однако, сколь бы вредоносен он ни был, ему далеко до злодея второй категории. Негодяи — альтруисты творят куда больше зла, ибо ничто их не остановит — ни удовольствие, ни насыщение, ни деньги, ни слава. Почему? Потому что негодяи — альтруисты не думают о себе, они выходят за рамки личного злодейства и достигают больших карьерных высот на публичном поприще. Они чувствуют себя обличенными миссией, они действует — в своих глазах — лишь для общего блага, они убеждены, что хорошо поступают упраздняя свободы, бросая в тюрьмы своих противников и даже расстреливая их. Они не видят чужой доли. Они вытирают окровавленные руки лоскутом своего идеала, устремив взгляд к горизонту будущего, они не способны разглядеть людей по отдельности, они обещают своим подданным лучшие времена, заставляя их жить в худшие. И ничто, ничто и никогда, не встанет на их пути. Ибо они заведомо правы. Они знают. Не их идеи убивают, но их отношения со своими идеями: уверенность. Уверенный человек — это человек вооруженный. Уверенный человек, которому перечат, становится убийцей. Он убивает сомнение. Его убежденность дат ему силу отрицать без споров и сожалений. Он мыслит из огнемета. Утверждает из пушки.
— Другая судьба · книга
С этих пор ночи мальчика тяжелы, а дни еще тяжелее. Он хочет понять. Понять, что чудовище ничем не отличается от него, кроме человечности, что оно такое же, как он, просто принимает другие решения. С этих пор мальчик боится сам себя, он знает, что в нем живет жестокий и кровожадный зверь, и думает, как бы всю жизнь продержать его в клетке.
— Другая судьба · книга
В военное время худшей из опасностей становится привычка. Особенно привычка к самой опасности.
— Дети Ноя · книга
— Смотри-ка, Руди, деревьев становится все больше, и скоро их число не будет означать ничего… — Все правильно, Жозеф. У тебя сколько детей? Четверо. А внуков? Пятеро. Спасая тебя, отец Понс уже спас еще девять человек А в моем случае — двенадцать. В следующем поколении получится еще больше. И дальше — все больше и больше. Через несколько веков окажется, что он спас миллионы людей.
— Жозеф · книга