Габриэль Гарсиа Маркес

— Я не болен, — сказал полковник. — Просто в октябре я чувствую себя так, будто мои внутренности грызут дикие звери.

— Полковник

Мир был ещё таким новым, что многие вещи не имели названия, и на них приходилось показывать пальцем.

— Сто лет одиночества

— Гадина! — крикнула Урсула. Амаранта, начавшая складывать в сундук одежду, решила, что мать укусил скорпион. — Где он? — испуганно спросила она. — Кто? — Скорпион, — объяснила Ам…

— Урсула

Секрет старости заключается в том, чтобы войти в достойный сговор с одиночеством.

— Сто лет одиночества

Легко добытое счастье не может длиться долго.

— Любовь во время чумы

Человек не связан с землей, если в ней не лежит его покойник.

— Хосе Аркадио Буэндиа

В тот день, когда люди станут сами разъезжать в первом классе, а книги будут возить в товарных вагонах, наступит конец света.

— ученый каталонец

... дивное свойство — способность думать о прошлых радостях без горечи и раскаяния.

— Сто лет одиночества

Он тоже пытался утопить свою давнюю боль в чужих разбитых сердцах.

— Любовь во время чумы

США инвестируют в Латинскую Америку огромные деньги, но у них не получилось то, что мы сделали без единого цента. Мы меняем их язык, их музыку, их еду, их любовь, их образ мыслей.…

Если во что-то вовлечена женщина, я знаю, что всё будет хорошо. Мне совершенно ясно, что женщины правят миром.

— Он грустит, — ответила Урсула. — Ему кажется, что ты должен скоро умереть. — Скажи ему, — улыбнулся полковник, — что человек умирает не тогда, когда должен, а тогда, когда может.

— Урсула

Так мы и встречаемся с ней, вот уже несколько лет. Порою в тот момент, когда мы находим друг друга в лабиринте снов, кто-то там, снаружи, роняет на пол ложечку, и мы просыпаемся.…

— Глаза голубой собаки

...кроме того, когда я почувствую, что мне и в самом деле плохо, я не стану ни на кого рассчитывать. Я сам выброшу себя на помойку.

— Полковник

Вдохновение приходит только во время работы.

— Скажи, что мы будем есть? Полковнику понадобилось прожить семьдесят пять лет — ровно семьдесят пять лет, минута в минуту, — чтобы дожить до этого мгновения. И он почувствовал се…

— жена Полковника