Габриэль Гарсиа Маркес

Никогда до того момента не осознавала она так ясно тяжесть и огромность драмы, которую сама породила, когда ей едва исполнилось восемнадцать, и которая должна была преследовать ее…

— Любовь во время чумы

Будь спокоен. Умереть труднее, чем кажется.

Деньги – помёт дьявола.

Столько мытариться, — бормочет полковник Аурлиано Буэндиа, — столько мучиться, мать твою, чтобы шесть мудаков тебя продырявили за милую душу.

— полковник Аурелиано Буэндиа

... человек знает, когда начинает стареть, ибо именно тогда он начинает походить на своего отца.

— Любовь во время чумы

Я так боюсь, — сказала она, — что эта комната приснится кому-нибудь ещё, и он все здесь перепутает.

— Глаза голубой собаки

Но при всей своей глубокой мудрости и непостижимой сути он был плоть от плоти земных существ, застрявших в сетях обыденной жизни.

— Сто лет одиночества

...любовники очутились в безлюдном мире, единственной и вечной реальностью в нем была любовь.

— Сто лет одиночества

Я обнаружил, что дисциплинированность — вовсе не мое достоинство, но всего лишь реакция на собственную бесшабашность; что я выгляжу щедрым, чтобы скрыть свою мелочность, что слыву…

— Вспоминая моих грустных шлюх

В жизни важно не то, что с вами происходит, а то, что вы помните.

– Скажи, что обо мне говорят? – Истинную правду? – Истинную правду. – Хорошо. Говорят, что вы хуже других, потому что не такой, как все.

— За любовью неизбежность смерти

Ревность знает больше, чем правда.

— Вспоминая моих грустных шлюх

Нет ничего опаснее, чем память, увековеченная на бумаге.

— Симон Боливар

Ее боль раздробилась о слепую ярость против всего света и даже против себя самой, и это дало ей силу и мужество, чтобы один на один встретиться с одиночеством.

— Любовь во время чумы

Дайте мне предрассудок, и я переверну весь мир.

— Хроника объявленной смерти

Ни один безумец не безумен, если вслушаться в его доводы.