Галина Краснова

— Любимая, проснись, долг зовет. — Какой еще долг в час ночи? — Супружеский. Нет, я не понял, ты что, спать собралась в нашу первую брачную ночь? — Да ладно, уломал, отдавай свой долг… — Желанная моя… — Опять?! — Ты должна меня понять — я так долго ждал… — Милая… — Боги, и зачем мне понадобилось проводить этот обряд? Ты мне совсем спать не дашь? — Не сегодня, жена моя… — Любимый! Проснись! Ты мне должен! — Лина, я устал, дай поспать… — Если ты сейчас от меня отвернешься, то я заведу себе любовника. Так и знай! — Размечталась! Любовника она заведет… Да я себя загоню, но сделаю так, чтобы у тебя и помыслов не было ни о каких любовниках! — Звучит многообещающе! Ай, только не кусайся!

Да, я женщина. И горжусь этим. Потому что мужчина — это ошибка природы, которую женщине приходится терпеть, чтобы родить ребенка. Мужчины абсолютно бесполезны в хозяйстве, и на них нельзя положиться.

Знаешь, человек такая тварь, что может ко всему привыкнуть, правда, к хорошему — быстрее, чем к плохому.

Хотя, она сама виновата! Повела себя, как… как… Да как она вообще посмела? Она моя! Пусть даже пока не знает об этом.

Волки, загнанные в угол, дерутся отчаянно, унося с собой жизни опрометчивых охотников.

Лучше журавль на мгновение счастья, чем постылая синица пожизненно.

— Вы прекрасны как весеннее утро! — В смысле, такая же хмурая, серая, холодная и противная? И вообще, на дворе вечер!..

— Нет! — Да! — А я сказала: нет! — И что с того? Скажи: да! — Ни за что! Ты безответственный, самовлюбленный, эгоистичный бабник. А мне нужен муж, который будет надежной опорой, а не источником постоянных неприятностей. Так что мой ответ: нет! И на уловку с фиктивным браком я больше не попадусь. Так и знай!

Чтоб тебя совесть, наконец, нашла и загрызла до смерти!

И почему у женщин все вопросы сводятся к наличию у мужчины другой женщины?

Я себя люблю, и это чувство глубоко взаимно.

А ты — если останешься в живых — будешь всю свою жизнь мучиться от осознания того, какой ты кретин, потому что когда-то обозвал любовь, дар богов, игрой гормонов.

Хорошие манеры: искусство правильно делать то, чего вообще-то делать нельзя.

А вот не надо меня злить. Я когда злюсь — сама себя боюсь.

Три стадии мужского раскаяния — «так ей, стерве, и надо!», «наверное, руки все-таки распускать не стоило», «пес с ней, извинюсь — пусть подавится!»

— Графиня, вы меня неправильно поняли. Я лишь хотел сказать, что вы прекрасны. Ваше лицо похоже на луну, губы — на лепестки роз, глаза на… на… — Смелее, вы и так уже описали страшное чудовище с толстой бледной рожей в рытвинах и улыбкой напившегося крови упыря.