Генрих Корнелий Агриппа

Гесиод полагает речь величайшим сокровищем рода людского. Ну, а в речи женщина разве не искуснее мужчины? Она куда красноречивее и многоречивее! Разве все мы, люди, не выучиваемся первым словам от матерей или кормилиц? Сама природа, зодчий мироздания, мудро заботясь о человеческом роде, дала женскому племени этот дар — редко найдешь молчаливую женщину.

Благословение, таким образом, дано через женщину, а закон через мужчину, — закон гнева и проклятия: ведь мужчине было запрещено вкушать плод с древа, а женщине нет — Бог тогда еще не сотворил ее: то есть Он изначально желал женщине свободы, и, значит, согрешил мужчина, вкусив от древа, но не женщина; мужчина принес в мир смерть, но не женщина. И все мы согрешили в Адаме, но не в Еве, и первородный грех мы наследуем не от женщины праматери, но от мужчины праотца. Потому древний закон требовал мужчин подвергать обрезанию, по-видимому, чтобы наказание за первородный грех претерпевал тот пол, который согрешил. А женщину Бог винил не в том, что вкусила от древа, — она ввела в грех мужа, но ненамеренно, будучи искушенной диаволом. Так что мужчина согрешил сознательно, а обманутая женщина невольно.

Добавим: наиболее достойны у человека голова и, прежде всего, лицо — вся божественная природа убедительно проявилась в лице, — чем мы более всего отличаемся от неразумных животных. Голову мужчины уродует лысина, женщина же по привилегии, дарованной природою, никогда не лысеет. У мужчин лицо зачастую обезображено отвратительной бородой и грязными волосищами так, что порой трудно отличить мужчину от зверя; а у женщин, напротив, лик всегда чистый и пригожий.

И потому Соломон в Притчах называет ее «венцом мужа», а Павел — «славой мужа»: а слава — это завершение, совершенство и блаженство, когда уже нет ничего более полного, чтобы усовершенствовать совершенство. Значит, жена — завершение, совершенство, счастье, благословение и слава мужа, и, как говорит Августин, «первый союз в этой смертной жизни». Следовательно, мужчина обязан любить ее, а если не любит или презирает жену, значит, он не добродетелен, не приятен, да и просто не обходителен.

В качестве доказательств своей точки зрения Генрих Агриппа приводил аргументы из литературных трудов философов и отцов Церкви, и, даже, из Библии. Например, утверждал, что женщина — венец творения Бога, поскольку Бог, создав женщину, больше не создал ничего. Только женщину Бог сделал из живой плоти, а мужчину, как и все остальное — из праха. Бог наделил женщину большей способностью к речи, ведь речь — дар Божий человеку. Когда Бог запретил мужчине есть плод познания, женщина еще не была на тот момент создана и, стало быть, невиновна. Бог спрятал женское естество, тогда как мужское — выставил напоказ, так наказав грехоотступника...

А женщинам, напротив, все свободные искусства и все добродетели и благодеяния обязаны своим процветанием; недаром сами названия искусств и добродетелей все женского рода. Замечательно, что даже части круга земного названы именами женщин: именем нимфы Азии, именем Европы, дочери Агенора, именем Ливии, дочери Эпафа, которую также звали Африкой.

Различие же между полами лишь в тех частях тела, где различие оное потребно для размножения. Но и мужчину, и женщину Он одарил одинаковой душой: между душами нет полового различия. Женщина обладает тем же, что и мужчина, сознанием, разумом и языком, она стремится к той же цели блаженства, и оно не заповедано ни мужчине, ни женщине. Ведь согласно истине Евангелия, хотя люди и сохранят свой пол после воскресения, пол перестанет их заботить, и они уподобятся ангелам. Следовательно, сущность души вовсе не полагает превосходства того или иного пола в благородстве. Но и мужчине, и женщине по природе присуща равная свобода достоинства.

Адам значит земля, Ева же переводится — жизнь. Понятие жизни объемлет понятие земли <...>.

Помимо прочего превосходство, добропорядочность и невинность женского пола убедительно доказуемы хотя бы тем, что все беды происходят от мужчин, а не от женщин. Ведь первоотец Адам первым преступил закон Господень, замкнул врата небесные <...> Первенец Адамов — первый завистник, первый убийца, первый братоубийца, первый отчаявшийся в милосердии Божием, — открыл врата Преисподней. Первым двоеженцем был Ламех, первым напился — Ной, первым оголил стыд отца своего сын Ноя Хам, первым тираном и идолопоклонником был Нимрод, первым неверным супругом — мужчина, первым нечестиво совокупившимся — мужчина, мужчины также первыми вступили в союзы с демонами и придумали черную магию. Сыновья Иакова — они ведь мужчины — первыми продали брата, египетский фараон первым умертвил детей, мужчины первыми погрязли в наслаждениях, противных природе, чем прославились Содом и Гоморра, славные некогда города, погибшие из-за грехов мужчин. О мужчинах повсюду узнаем не зная предела удовольствиям, они двоеженцы, многоженцы, имели множество наложниц, изменяли женам, развратничали.

Женщина и материей превосходит мужчину, ибо создана не из неодушевленной и низкой земли, как мужчина, а из очищенной, животворной и одушевленной материи, то есть из разумной души, причастной божественному духу. Мужчина сотворен Богом из земли, которая по природе своей и силой небесного влияния рождает разные живые существа. А в создании женщины не принимали участия ни небеса, ни природа — Бог сам, без каких бы то ни было других сил, сотворил законченное, совершенное существо.

И в завершение акта творения Он создал двух подобных Себе людей: сначала мужчину, а потом женщину, и в ней достигли совершенства небо и земля, она — неба и земли украшение. Ведь женщина — венец творения, Словно создатель не нашел ничего прекрасней, и в ней, в женщине, заключил и довел до совершенства всю свою мудрость и творческую силу — и более совершенного творения ни найти, ни придумать невозможно.

Именно потому матери больше, чем отцы, любят своих детей: они прекрасно чувствуют в детях больше своего, чем отцы. По названной причине, сдается, и мы более привязаны к матери, нежели к отцу, и, по-видимому, отца мы почитаем, но только мать по-настоящему любим.

Кроме восхитительной красоты, женщина наделена и неким иным преимуществом по сравнению с мужинами: ведь волосы у женщин такие длинные, что шатром прикрывают все нескромные части тела. Да и прикасаться к сим частям тела, отправляя естественные нужды, женщинам не приходится, не то, что мужчинам. К тому же природа одарила женщин удивительной пристойностью: самая стыдливая часть тела спрятана у нее внутри, в укрытом и безопасном месте, тогда как у мужчин фаллос нецеломудренно выявлен.

Все философы, если истолковывать их язык, полагают, что цель всегда первенствует в намерении и завершает исполнение. А женщина из трудов Божьих была введена Богом в мир последней, словно царица в царский дворец, для нее уготованный, украшенный и всяческими дарами изобилующий.

Таков далеко не пустяшный аргумент: имя несет в себе суждение о самих вещах. Всем ведомо: Вышний Творец вещей и имен познал суть вещей прежде, чем дал им имя. И ошибиться Он не мог, ибо так предначертал имена, дабы выявить в них природу, индивидуальные качества и назначение вещи.

Ведь дурные жены случаются лишь у дурных мужей, а если дурным мужьям попадаются хорошие жены, они часто становятся скверными из-за пороков мужей.