Гилберт Адэр

— Мы прячем нашу кровь, в то время как следовало бы выставлять ее напоказ. Кровь прекрасна, словно драгоценный камень.

Курс слов, как и курс денег, подвержен постоянным переменам.

Кто эти «крысы», эти фанатики, как не истинные насельники ночи, вампиры, летящие во тьме на крыльях собственной тени? Они садятся рядом с экраном потому, что хотят увидеть изображение первыми, пока оно еще свежее, пока оно еще не зачерствело, пока оно, побитое о барьеры рядов, обтертое спинками кресел, захватанное глазами зрителей, поблекшее, увядшее, изношенное, уменьшившееся до размеров жалкой почтовой марки и проигнорированное слившимися в объятиях любовниками на последнем ряду, не вернулось, словно испытывая облегчение, туда, откуда оно явилось, — в окошечко кинопроекционной. Кроме того, как занавес отгораживает экран от зрителей, так экран отгораживает «крыс» от мира.

Если двое во всем соглашаются друг с другом, это значит, что один из них — лишний.

У китайцев есть поговорка: «Когда вы заставляете кого-то ждать вас, вы даете ему тем самым время вспомнить все ваши недостатки».

Если смотреть на вещи под определенным углом, то жизнь в городе похожа на жизнь в замке, целые крылья которого пребывают в запустении, а мебель ветшает под своими пыльными чехлами.

Один из распространенных видов несчастья заключается в невозможности получить именно тот вид счастья, который тебе необходим.