Иннокентий Анненский

Среди миров, в мерцании светил Одной Звезды я повторяю имя... Не потому, чтоб я Её любил, А потому, что я томлюсь с другими.

«Не правда ль, больше никогда Мы не расстанемся? довольно?..» И скрипка отвечала да, Но сердцу скрипки было больно.

Есть любовь, похожая на дым: Если тесно ей — она дурманит, Дай ей волю — и её не станет… Быть как дым — но вечно молодым.

А ты красуйся, ты — гори... Ты уверяй, что ты простила, Гори полоской той зари, Вокруг которой всё застыло.

О, дайте вечность мне,— и вечность я отдам За равнодушие к обидам и годам.

Ты опять со мной, подруга осень...

Ещё не царствует река, Но синий лед она уж топит; Ещё не тают облака, Но снежный кубок солнцем допит.

Что счастье? Чад безумной речи? Одна минута на пути, Где с поцелуем жадной встречи Слилось неслышное прости?

Так хорошо побыть без слов.

Если б вдруг ожила небылица, На окно я поставлю свечу, Приходи… Мы не будем делиться, Все отдать тебе счастье хочу!

Любовь — это не покой, она должна иметь нравственный результат, прежде всего для любящих.

Едва пчелиное гуденье замолчало, Уж ноющий комар приблизился, звеня... Каких обманов ты, о сердце, не прощало Тревожной пустоте оконченного дня?

Над высью горной Тишь. В листве, уж чёрной, Не ощутишь Ни дуновенья. В чаще затих полёт... О, подожди!... Мгновенье — Тишь и тебя...возьмёт.

Но… бывают такие минуты, Когда страшно и пусто в груди… Я тяжел — и немой и согнутый… Я хочу быть один… уходи!

Эта ночь бесконечна была, Я не смел, я боялся уснуть: Два мучительно-черных крыла Тяжело мне ложились на грудь.

Под грозные речи небес Рыдают косматые волны, А в чаще, презрения полный, Хохочет над бурею бес.