Иван Саввич Никитин

Отвяжися, тоска, Пылью поразвейся! Что за грусть, коли жив, - И сквозь слезы смейся!

Пойми живой язык природы - И скажешь ты: прекрасен мир!

Не говори, что жизнь ничтожна; Нет, после бурь и непогод, Борьбы суровой и тревожной, И цвет, и плод она дает.

Покой мне нужен. Грудь болит, Озлоблен ум, и ноет тело. Все, от чего душа скорбит, Вокруг меня весь день кипело.

Сад тих. Деревья почернели; Стыдясь невольной наготы, В тумане прячутся кусты; Грачей пустые колыбели Качает ветер, и мертва К земле припавшая трава.

Есть горе тайное: оно Вниманья чуждого боится И в глубине души одно, Неизлечимое таится.

Но были у меня отрадные мгновенья, Когда всю скорбь мою я в звуках изливал, И знал я сердца мир и слезы вдохновенья, И долю горькую завидной почитал.

Нет, ты фигляр, а не певец, Когда за личные страданья Ждешь от толпы рукоплесканья, Как милостыни ждет слепец.

Здесь мать моя, друг и наставник — природа. И кажется жизнь мне светлей впереди, Когда к своей мощной, широкой груди Она, как младенца, меня допускает И часть своей силы мне в душ…

Молвы язвительной и дерзкой Внимая ложный приговор, Стыжусь ответить бранью резкой На необдуманный укор.

Суровый холод жизни строгой Спокойно я переношу И у небес дороги новой В часы молитвы не прошу.

Велик, кто взрос среди порока, Невежества и нищеты - И остается без упрека, Жрецом добра и красоты.

Уж ты плач ли, не плач - Слез никто не видит, Оробей, загорюй - Курица обидит.

Богачу-дураку И с казной не спится; Бобыль гол как сокол, Поет-веселится.

Уж ты сыт ли, не сыт - В печаль не вдавайся; Причешись, распахнись, Шути-улыбайся!

Кем ты, люд бедный, на свет порожден? Кем ты на гибель и срам осужден?