Клайв Стейплз Льюис: жизненные цитаты

Злятся не просто от усталости, а от неожиданных требований, предъявляемых усталому человеку.

Чего бы людям ни хотелось, им всегда кажется, что у них на это есть право.

Люди гневаются не от простой неудачи, а от неудачи, воспринятой как несправедливость.

Детство мы тратим впустую, желая стать взрослыми, а когда вырастем, тратим всю жизнь на то, чтоб не состариться.

Люди редко говорят то, что хотели сказать на самом деле.

Дружба бесполезна, как философия или искусство… Она не имеет ценности для выживания; скорее это одна из тех вещей, что придают ценности выживанию.

Любовь переносит и прощает всё, но ничего не пропускает. Она радуется малости, но требует всего.

Материнская любовь — прежде всего дар. Но дарует она, чтобы довести ребенка до той черты, после которой он в этом даре нуждаться не будет. Мы кормим детей, чтобы они со временем сами научились есть; мы учим их, чтобы они выучились, чему нужно. Эта любовь работает против себя самой. Цель наша — стать ненужными. «Я больше им не нужна» — награда для матери, признание хорошо выполненного дела.

Во всяком человеческом деле есть переход от мечтаний к действительности.

Дружба рождается в тот момент, когда один человек говорит другому: «Что, и ты тоже? А я думал, что такой только я один».

— Мы оба любим погоду. Не такую или всякую, а просто погоду. Очень удобно, когда живешь в Англии. — Как же вы приучились, м-р Деннистоун? — спросила Джейн. — Никогда бы не смогла полюбить снег или дождь. — Я просто не разучился, — ответил Деннистоун. — Все дети любят погоду. Вы не заметили, что в снегопад взрослые торопятся, а дети и собаки счастливы? Они-то знают, для чего падает снег. — Я в детстве не любила сырые дни, — не согласилась Джейн. — Это потому, что взрослые держали вас дома, — заключила Камилла. — Когда шлепаешь по лужам — совсем другое дело.

Плакать не плохо, пока ты плачешь, но рано или поздно слезы заканчиваются и тогда надо решать, что же делать.

Каждый человек получает в жизни то, чего хочет. Но не каждый после этого рад.

Основная особенность страдания и наслаждения в том, что они совершенно реальны. И пока длятся, дают человеку критерий реальности.

Влюбленные смотрят друг на друга; друзья — на что-то третье, чем оба заняты.

Друзей и возлюбленных мы выбираем за что-то — за красоту, за доброту, за ум, за честность. Но красота должна быть особая, «наша», и ум особый, в нашем вкусе.