Луи Арагон

Функция гения заключается в том, чтобы доставлять мысли, которые через 20 лет станут достоянием кретинов.

Ничто в этой жизни не бывает точно таким, каким мы себе представляем.

Эротическое влечение — это худшее из зеркал. То, как отражается в нём твоя сущность, заставляет содрогнуться.

Разрежьте сердце мне — найдёте в нём Париж!

На минуту на минуту Серебра не пожалейте Музыкантов позовите Пусть сыграют нам на флейте

Был я молод и мне говорили что скоро наступит всеобщего счастья пора Ах как верил я в это как верил и вот я старик и скоро разверзнется яма Возраст юноши как непокорная длинная прядь на глаза налезает упрямо Возраст старости жидок и короток короток короток лишь бы дожить до утра

Разум мой тщетно подчеркивает и осуждает диктатуру чувственности.

О, женщина! Нам сердце ты истеребила в лоскуты, И сохранились в нём одни сухие, мёртвые цветы Да свет притонов в тех садах владений Калиостро.

Я объясню запах форм переходящих, Как песня по белой бумаге легла И отчего лист так легок дрожащий, А ветка дерева так тяжела. Знаю я цену яркому свету. Средь бедствий эпохи стоит мой эскиз. Мы ждем. Надежда в глазах. И про это Грядущему скажет Анри Матисс.

Оптимизм — вот роскошь великих людей.

Долой законы для бесправных Да озарится праздник равных

Я сделаю из слов бесценные букеты - Такие в дар кладут к подножию мадонн - И подарю тебе прозрачность анемон, Веро́ник синеву, сирень и первоцветы, И пену нежную на ветках миндаля - На майских ярмарках они чуть розовеют, - И чаши ландышей — за ними мы в поля Пойдём, когда… Но тут слова в цвету немеют, От ветра этого ссыхается земля, Цветы теряют цвет, фиалки глаз тускнеют Но буду для тебя я петь, пока волной Стучится в сердце кровь и наполняет вены. «Всё это тру-ля-ля», — мне скажут, но смиренно Я верю: радугой над светлою вселенной Взойдут слова, что я, простой, обыкновенный, Твердил тебе, и ты одна поймёшь, — нетленны Лишь потому любовь и солнце над землёй, Что осенью, когда весна была мечтой, Я это тру-ля-ля спел, как никто другой.

Я был одним из тех, кто свято верил, что стоит изменить систему распределения благ, чтобы исчезли кражи, убийства и несчастная любовь.

Однажды вечером будущее становится прошлым. И тогда оглядывается назад — на свою юность.

Зима похожа на разлуку, Зимой кристаллы льда поют, И холод вин рождает скуку, И звуки медленно текут, Овладевают мной, и плещут, И, как часы, всё бьют и бьют, И стрелки времени скрежещут, И стрелки времени скрежещут.

Украшением нашего века являются яркие имена поэтов. В Англии — это Киплинг, во Франции — Аполлинер и Элюар, в Германии — Рильке, в Испании — Гарсиа Лорка, в России — Маяковский и Есенин, в Армении — Чаренц и Исаакян. Каждый раз, когда гаснет одно из этих светил, кажется, что тьма покрывает мир.