— Мы должны сделать так, чтобы Бартельми захотел взять нас к себе. Венеция завозилась, выпутываясь из одеяла. — Пойду нарисую ему ещё картинку. Старшие с улыбкой переглянулись. Их восхищала наивность сестренки. — Еще целовать можно, — подсказывала Венеция, снова усаживаясь. — Это для тебя подходит, а для нас нет, — ответил Симеон. — Почему? — спросила Венеция. — Потому что ты маленькая и хорошенькая. — А вы... — Большие и некрасивые, — беспристрастно оценил Симеон.