Моби (Ричард Мелвилл Холл)

Даже во времена холодной войны в США никто не имел ничего против русских. Претензии друг к другу предъявляли политики. То же самое происходит сегодня. Меня бы больше вдохновляло, если бы лидеры с обеих сторон проявляли мудрость и были открыты к диалогу. Потому что большинство решений, которые принимают и с той, и с другой стороны, будто бы не имеют никакого смысла и уж точно никак не относятся к простым гражданам.

Я люблю все, что помогает человеку избавиться от барьеров и ограничений.

Если мы посмотрим на историю человечества в развитии, мы найдем достаточно поводов для оптимизма. Скажем, еще сто лет назад в Соединенных Штатах женщины не могли голосовать, однополые пары — регистрировать брак, а дети работали на заводах. Постепенно мы движемся в сторону прогресса и просвещения. И в то же время вокруг много странностей. Мы забываем, что такое гуманность, в нас мало человечности. Мы часто становимся проблемой для самих себя.

Я жил в богатых районах Лос-Анджелеса, Нью-Йорка и Лондона. И, как правило, все миллионеры там выглядели несчастными. Вы живете в России, и я уверен, что, если вы придете на вечеринку, где будет полно олигархов, вы заметите, что никто из них не улыбается.

Электронная музыка — самая демократичная: если ты подросток, живешь в Москве, у тебя есть ноутбук, но ты не знаешь ни слова на английском, ты все равно можешь записать трек, который зазвучит в клубах Лос-Анджелеса.

Любой экран сегодня — способ общения с миром: экран телефона, телевизора или компьютера. Мы собираем информацию с его помощью, и ничего плохого в этом нет. Правда, до тех пор, пока человек осознает, что перед ним всего лишь экран — кусок стекла со светодиодами и небольшим динамиком, воспроизводящим звук.

Одиночество — обратная сторона свободы.

Мне нравится жить в государстве, где о президенте я могу сказать плохо и не сяду за это в тюрьму. Приятно иметь такую свободу.

Звук — самый древний язык. Он существовал еще до того, как мы научились говорить.

Вы только представьте, что прежде чем съесть кого-то, вам пришлось бы посмотреть ему в глаза и сказать, что ваше удовольствие вам важнее, чем его боль!