Муслим Магомаев

Я совершенно не осуждаю публику. Сейчас другая музыка, другое абсолютно всё. И нет гарантии, что дальше на сцене не появится что-то вообще непонятное, несуразное, которое будет нравиться массам. Поэтому никогда нельзя говорить: «В наше время было хорошо, а сейчас плохо». Потому что может быть ещё хуже.

Песня ошибок не терпит, неправды не прощает. Всё фальшивое, наигранное, банальное здесь мгновенно себя обнаруживает: не за что спрятаться. Хотя непосвящённые в «секреты» эстрады считают микрофон ширмой, за которой можно скрыть недостатки. На самом же деле наоборот: микрофон беспощадно удваивает, утраивает огрехи. Он помощник хорошему певцу, а плохому, непрофессиональному — злейший враг.

Если что-то бывает в жизни у человека нехорошее, то это вина человека, а не его судьбы.

Азербайджан — отец, Россия — мать. А я — как Фигаро: и тут, и там.

Наверное, если бы математика спросили, почему он занимается математикой, а физика — физикой, они бы растерялись. Для них это естественно. Так и для меня: музыка — моя жизнь! Всё лучшее в моей жизни связано с музыкой, пением. Петь, дарить людям песни – это стало потребностью.

Врёт тот артист, который говорит: «Мне всё равно, слава меня не волнует». Слава волнует всех и всем приятно, когда их узнают на улице. Другая сторона медали в том, что ты не можешь спокойно в магазин пойти и остаёшься без пуговицы на пиджаке, и это, конечно, неприятно.

Человек так устроен, если видит гадость и не верит ей, он все равно должен дочитать до конца.

Мужчина должен быть главным в семье — хоть на Востоке, хоть на Западе. Но не настолько главным, чтобы командовать женой, заставляя ее маршировать. Умный глава семьи должен жену беречь.

Никогда не думаю о будущем в печальных тонах.

Обожал я по лестницам падать. В «Тоске» я все время с лестницы летал двадцать ступенек вниз. Специально заказывал такие декорации, чтобы кататься. На публику огромное впечатление производил. Вот эта шалость детская во мне всегда была.

Во времена нашего детства деньги не возводились в культ. Это сейчас у нас и по телевидению, и по радио, и в прессе постоянные разговоры о деньгах. И ты с ужасом понимаешь, что это становится нормой жизни.

А может, любовь и память и есть машина времени, сводящая на нет дистанцию между прошлым, настоящим и будущим?