Существует ведь и другой рай. Тот, который у каждого человека составляет сердцевину натуры, тот, что каждый из нас бережет пуще зеницы ока, — свой внутренний мир, духовные ценности, любовь к жизни и ощущение правильности пути.
Когда неприятности случаются с другими – ты можешь им сочувствовать или злорадствовать. Но в глубине души сохраняешь уверенность, что такие вещи происходят только с другими, где-то далеко от тебя… и вдруг – на тебе, получи! Вляпываешься в точно такое же дерьмо и недоумеваешь, как же это могло случиться с тобой.
Разве рай можно потерять, если всеми силами ищешь туда дорогу? Разве можно надолго остаться вдали от него, если ты сам строишь его собственными стараниями и удерживаешь в своей душе притяжением воли, усилием ума, напряжением чувств?
Дар умения быть счастливым в детстве, есть почти у всех, но лишь немногие могут сохранить его на всю жизнь. Большинство теряет эту способность уже в юности.
Юность – максималистична, ей свойственно все драматизировать, она тянется ко всему мрачному, черному – очевидно, это расплата за детскую радость бытия…
К старости жажда жизни возвращается с новой силой. Когда понимаешь, что каждый день, каждый восход, каждый упавший лист, каждое дуновение ветерка может стать последним.
Иногда в болезни человек набирает… нет, не вес, а годы которые он ещё не прожил. Они как будто наваливаются на него, проникают в его тело, искажая лицо, взгляд, руки, расписывая их старостью, точно темно-коричневой краской.
Человек, к сожалению, очень быстро забывает, что думал и как воспринимал в детстве окружающий мир и насколько интересным и удивительным был его личный мир, созданный собственным воображением.