Когда б я был творцом — владыкой мирозданья, Я небо древнее низверг бы с основанья. И создал новое — такое, под которым, Вмиг исполнялись бы все добрые желанья.
Не там в своем сердце обид и скорбей, Ради звонкой монеты поклонов не бей. Если друга ты вовремя не накормишь — Все сожрет без остатка наследник-злодей.
Долго ль спину придется мне гнуть или нет, Скоро ль мне суждено отдохнуть или нет — Что об этом вздыхать, если даже вздыхая, Я не знаю: успею вздохнуть или нет?
Жизнь мгновенная, ветром гонима, прошла, Мимо, мимо, как облако дыма, прошла. Пусть я горя хлебнул, не хлебнув наслажденья, — Жалко жизни, которая мимо прошла.
Жизнь с крючка сорвалась и бесследно прошла, Словно пьяная ночь, беспросветно прошла. Жизнь, мгновенье которой равно мирозданью, Как меж пальцев песок, незаметно прошла!
Что есть счастье? Ничтожная малость. Ничто. Что от прожитой жизни осталось? Ничто. Был я жарко пылавшей свечой наслажденья. Все, казалось, — мое. Оказалось — ничто.
Я кувшин что есть силы об камень хватил. В этот вечер я лишнего, видно, хватил. «О несчастный! — кувшин возопил. — И с тобою Точно так же поступят, как ты поступил!»
Кто рожден в красоте счастья лик созерцать, Тому мир будет множеством граней мерцать — Украшает шитьем для красавицы платье И умеет изнанку душой понимать!
Мир — капкан, от которого лучше бежать. Лучше с милой всю жизнь на лужайке лежать, Пламя скорби гаси утешительной влагой. Ветру смерти не дай себя с прахом смешать.
Ты к людям нынешним не очень сердцем льни, Подальше от людей быть лучше в наши дни. Глаза своей души открой на самых близких, — Увидишь с ужасом: тебе враги они.